Увы, нам, ветеранам, приходится только по-доброму завидовать молодежи, которая просто не понимает многого из того, что в то время даже игрокам сильнейшей команды страны не приходилось рассчитывать на получение инвентаря: главное свое спортивное «оружие» – клюшки – армейцы, да и игроки других команд, мастерили сами. Из подручного материала. В тот раз сама необходимость подсказала способ действия. Направились с Володей к «Барелю» – Саше Виноградову, – который, как мы знали, наверняка что-нибудь придумает. И Саша придумал: достаньте, говорит, дугу от телеги и я вам такие крюки из нее смастерю…

Делать нечего, надо искать. Дуга нашлась на дровяном складе, откуда отец Володи дрова возил. После недолгих колебаний решили стянуть ее – авось, старик не очень обидится. Помню, что-то около семи утра подкрались к складу, Демин легко перемахнул через забор и так же быстренько вернулся, передав мне предварительно дугу. Отнесли ее к «Барелю» и скоро стали обладателями новых клюшек.

Целую неделю мучались-терзались: как там Тимофей Степанович, обнаружил пропажу или нет? На чем теперь дрова возит? Не выдержали, пошли к нему с повинной, прихватив по пути в гастрономе бутылку коньяка. Спрашиваем у него, как живется, работается, а он говорит: «Все бы хорошо, но какие-то хулиганы дугу стащили, пришлось взять взаймы у соседа Кузьмича». Помялись мы в нерешительности, а когда Степаныч, сытно отобедав с коньяком, подобрел, признались ему в содеянном. Старик даже рассмеялся от этого неожиданного признания. «Эх, черти, – говорит, – почему ж не сказали, что вам дуга нужна для клюшек? Я бы вам в один миг достал у товарищей».

Пожурил он нас и простил. А мы, к слову сказать, с крючками из той злополучной дуги Кубок СССР выиграли…

Футбольный чемпионат страны в 1946 году стартовал рано, в середине апреля. Первый матч армейцы проводили в Киеве. Накануне газета «Красный спорт» напечатала заметку, которая называлась «Команда лейтенантов в новом сезоне». Таким образом, как бы «де-юре» узаконивалось это своеобразное название нашего коллектива. Приводился послужной список ЦДКА с упоминанием о том, что костяк нынешней команды во главе с Федотовым сформировался еще в 1938 году, когда под влиянием авторитета Григория Ивановича группа футболистов, отслуживших срочную службу, изъявила желание связать дальнейшую судьбу с армией, с армейским спортом. С уважением назывались имена «аксакалов» – К. Лясковского, Г. Пинаичева, С. Капелькина, А. Калинина, А. Виноградова, В. Шлычкова, П. Щербатенко, А. Гринина, В. Веневцева и других футболистов, закладывавших славные традиции клуба. Они, эти традиции, действительно существовали, а смысл их сводился прежде всего к тому, что сложился очень дружный, боевой и целеустремленный коллектив, как сейчас говорят, коллектив единомышленников.

По-моему, в одной из книг Анатолия Тарасова впервые с таким определением команды я встретился, которое, правда, относилось к созданному им выдающемуся коллективу хоккеистов ЦСКА. Но к Григорию Ивановичу Федотову, его товарищам слово «единомышленники» подходило как нельзя лучше. Ведь уже в 1938 году и избавившаяся от ежегодной лихорадки, связанной с вынужденной сменой состава, команда ЦДКА предстала перед болельщиками по-спортивному честолюбивой, готовой к борьбе и умеющей сражаться за победу. Наградой армейцам было второе место в чемпионате СССР. В следующем сезоне – третье место, а в 40-м, предвоенном, году – тоже неплохое, четвертое. Скорее всего, я в этом уверен, сезон 1941 года должен был стать знаменательным в судьбе ЦДКА. Мы тогда окончательно определили боевой состав, имели крепкий резерв, отшлифовали и наиграли Множество тактических вариантов, а в плане общефизической, атлетической подготовки, и это признавалось всеми, превосходили все другие команды мастеров. Жаль, что война не позволила армейцам уже тогда в полной мере реализовать накопленный потенциал.

Теперь вот, многое начав сначала, стремились восполнить потерянное. И судя по всему, нашим надеждам на лидерство в советском футболе суждено было вот-вот сбыться. Во всяком случае победа в розыгрыше Кубка СССР 1945 года позволяла на это рассчитывать. Но, главное, морально и в чисто футбольном отношении мы были готовы к нелегкой борьбе за первенство.

Многих тогда восхищала поразительная слаженность в игре армейцев, высокая культура и разнообразие пасов, исключительная мобильность, характеризовавшаяся умением быстро переходить от обороны к атаке, а когда требовалось, и наоборот. Несправедливо было бы объяснять все это только тем, что Аркадьеву удалось заполучить под свое начало исполнителей высокого класса. При всей талантливости большинства моих товарищей настоящими мастерами их сделал труд, напряженная работа над техникой и тактикой игры.

Слаженность игры являлась прямым следствием многократно отрабатываемых на стадионе в Сокольниках, а главным образом, во время традиционных сборов в Сухуми, коллективных действий в линиях обороны, полузащиты и атаки – самостоятельно и вместе, в составе команды. На тренировках много внимания уделялось игре «в квадрате» 3 на 2. Это упражнение практикуется и поныне. Но чаще всего – это скучное перебрасывание мяча или не более, чем «возня» с участием 6 – 8 футболистов. В наше время было принято проводить тренировки в условиях практически беспрерывных перемещений на ограниченной площади поля с возможно большим количеством касания мяча. Поверьте, завладеть мячом, удержать его было чрезвычайно трудно.

Мобильность. Она достигалась набором разработанных Аркадьевым упражнений и коллективных действий. Вот одно из них: пятерка форвардов атакует (с ограничением по времени) ворота без противодействия защитников или против троих держащих оборону игроков и наносит удары по воротам с расстояния не ближе 11-ти метров. В случае если вратарь овладел мячом, следовало возвратиться к центральной линии поля раньше, нежели туда долетел выбитый им мяч.

И, наконец, выносливость. Помните, я рассказывал о наших бесконечных кроссах, о велопробегах, гребле, заплывах по реке на длинные дистанции? Вот откуда наша выносливость. И еще от лазания по горам, бегания вверх-вниз по лестнице Сухумского дома отдыха ЗакВО. Мне рассказывали, что Анатолий Владимирович Тарасов во время сборов возглавляемой им хоккейной команды в Кудепсте для повышения выносливости спортсменов организовывал бег по многоступенчатой извилистой лестнице местной турбазы. Не удивляюсь этому: в свое время Тарасов сам с лихвой набегался по ступенькам и понял, как много дает подобное малоприятное занятие.

О моей игре в газетах писали довольно часто и в основном в положительном плане: Николаев – «мотор», он выполняет огромный объем работы, всегда успевает и в атаку, и оборону, способен все 90 минут матча поддерживать высокий темп и тому подобное. Не сочтите за нескромность, но так оно было на самом деле. Над выносливостью, в том числе и скоростной, я работал ежедневно. Даже в дни матчей по утрам пробегал по Ленинским горам свои «фирменные» полтора километров. Ребята сначала посмеивались надо мной, потом стали сочувствовать: «Ну зачем ты, Валя, так истязаешь свой организм…» Но я уже втянулся в предматчевые пробежки, в жесткий, самим собой определенный режим индивидуальной подготовки к играм. И обойтись без этого не мог.