– Да, я как раз историк, – спокойно подтвердил Глеб. – А ты к историкам что-то имеешь?

– Ребят, не стоит! Это будет нечестно! – предупредила Александра.

– А по мне – честнее некуда! – сказал, сплевывая сквозь зубы, противник Глеба. Он, конечно, и предположить не мог, почему именно это будет нечестно.

В это время один из парней, наступавших на Северина, попытался его ударить. Северин легко проскользнул под рукой и просто встал за спиной нападающего. Тот обернулся, вновь занеся кулак, но лишь нелепо прокрутился на месте – Северин ушел легко и плавно, словно и не прилагая к этому усилий.

– Чего рот раззявил? Бей! – заорал парень своему подельнику, и тот, наконец очнувшись, тоже бросился к Северину.

Между Глебом и его противником схватки не получилось. В отличие от Северина, видимо, находящего сейчас в драке разрядку своего нервного напряжения, Глебу вовсе не хотелось ни махать кулаками, ни вести тонкую, изматывающую игру. Он поступил предельно просто: подпустил врага на нужную дистанцию и коротко, резко ударил под дых.

Парень перегнулся пополам и утробно завыл.

– Хоть ты не историк, но, надеюсь, извлечешь из этой истории хороший урок. Для собственного же блага, – морально добил противника Глеб.

– Я же предупреждала, – методично напомнила Александра.

– Да ладно, посмотри, что Северин выделывает! – с восхищением взвизгнула Динка.

Северин скользил между своих противников, словно танцуя таинственный, смертельно опасный танец. Он приближался и снова отступал, играя с врагами, словно сытая кошка с пойманной мышью. И парни, несмотря на недалекий ум, уже давно поняли, что зря ввязались в эту странную драку, но выйти из нее уже не могли. Теперь Северин уже не просто кружил вокруг них, он наносил точные болезненные удары.

Глеб, взглянувший в лицо друга, испугался. Обычно спокойные глаза Северина сияли холодом арктических льдов, и кажется, в них не было уже ничего человеческого.

Ребята застыли, глядя, как их всегда добродушный и открытый товарищ методично и жестоко расправляется с противниками. Даже поверженный Глебом парень перестал выть и с ужасом смотрел, как странный синеглазый парень избивает его друзей.

– Эй, прекрати! Довольно! – крикнул Глеб, но Северин его не услышал.

Глеб тихо выругался. На память пришел давний разговор. А ведь друг и вправду предупреждал, что иногда теряет над собой контроль… Пора вмешаться, иначе всем придется плохо.

Глеб попытался обойти Северина со спины, не желая сейчас встречаться с ним лицом к лицу. Но друг словно каким-то звериным чутьем почуял его присутствие и, изящно повернувшись, ударил Глеба в нос так, что оттуда сразу хлынула кровь.

– Северин! Прекрати! – крикнул Глеб, подныривая под кулак друга и принимая оборонительную позицию.

Северин проскользнул мимо и снова попытался ударить.

Двое парней, уже порядком избитые, предпочли покинуть место боя. Они не стали ждать, чем закончится схватка внутри коллектива, и, позабыв даже об откопанном сундуке, подхватили третьего товарища и поспешно заковыляли прочь.

А Глеб и Северин все продолжали драться. Глеб был хорош, но видно, что ему приходилось весьма туго – тело Северина, казалось, было неподвластно физическим законам. Оно изгибалось и двигалось так быстро и грациозно, что казалось совершенной машиной для убийства.

– Саша… Он его сейчас убьет! – прошептала Динка, прижимая руки к лицу.

В этот момент Северин действительно рванулся к Глебу, казалось, готовый зубами вцепиться ему в горло. И тут Александра бросилась между ними.

Северин по инерции налетел на нее и вдруг остановился…

– Глеб?.. – голос Северина был хриплым. Казалось, слова едва даются парню. – У тебя разбито лицо… Что-то случилось?

Глеб не ответил, отирая кровь.

– Совсем дурак! – прошипела Динка, подскочив к Северину взбешенной фурией. – Ты понимаешь, что едва не убил Глеба?! Ты вообще соображаешь, что делаешь?!

Александра, упавшая после столкновения с Северином, поднялась с земли и старательно отряхнула джинсы.

Взгляд Северина заметался, становясь все более испуганным.

– Это сделал я? – прохрипел парень, отступая на шаг. – Я… я…

Он крупно задрожал, словно в лихорадке.

– Успокойся, все в порядке, – прогнусавил Глеб, все еще зажимая разбитый нос.

Северин упрямо покачал головой.

– Ничего не в порядке, – тихо сказал он и зачем-то повторил: – Ни-че-го.

В сундуке – а в кургане был зарыт сундук – деревянный, обшитый тяжелыми металлическими пластинами, – лежали какие-то странные полусгнившие тряпки.