– И что вы об этом думаете? – поинтересовался у друзей Глеб, когда они отошли немного от пляжа и остановились, не спеша примкнуть к историкам.

– Грубо ваш черный в этот раз работает, – пожал плечами Северин, покусывая сорванный по дороге листик мяты. – Нападение грамотно организовали, как по нотам, а с полевой работой у них не очень…

– И полицейского зачем-то приплели, – добавила Динка.

– А это не полицейский, – заявил вдруг Глеб, поглядывая в сторону пляжа.

– Почему? – не понял Северин.

– Ты видел, как он нервничал? – спросил Глеб, и приятель кивнул.

– А как же удостоверение? – усомнилась Динка.

– Вот оно-то и убедило меня окончательно, что полицейский – самозваный, – напустил еще больше тумана Глеб.

– Что ты нам, как в квесте, проверки устраиваешь? – обиженно шмыгнула носом девочка. – Говори уж. Где твое «элементарно, Ватсон»?

– Элементарно, Динка, – передразнил ее Глеб. – Он же удостоверение издали показывал, а еще размахивал им, чтобы рассмотреть никакой возможности не было. Отсюда и заключаю, что либо удостоверение – липа, либо в нем вклеена фотография другого человека.

– И правда! – вырвалось у Северина. – От него как-то странно пахло. Самогоном. Причем не от самого парня, а от его одежды…

– Ты действительно это учуял? – Динка с любопытством уставилась на приятеля. – Ну у тебя и нос! Мне бы такой!

– Да ладно, – отмахнулся Северин, – нос как нос…

Динка многозначительно хмыкнула.

– Не важно, – прервала неловкую паузу Александра. – Видите, тот тип в полицейской форме поднимается по обрыву к раскопу. Пойдемте проследим за ним. Думаю, увидим что-нибудь интересное.

К счастью, лесок тянулся по всему берегу, предоставляя ребятам возможность незаметно приблизиться к кургану и наблюдать за тем, что там творится, не показываясь на глаза потенциальным врагам.

У кургана действительно происходило нечто интересное. К лжеполицейскому присоединились еще двое парней, несущие несколько лопат. Как подозревали ребята, тех самых, что были так коварно похищены из лагеря. Веснушчатый парень скинул полицейскую куртку, оставшись в растянутой старой майке, и все трое азартно взялись за раскопки.

– Хорошо копают. С энтузиазмом, – обронил Северин, – и производительность выше, чем у историков…

– Так историки практику отрабатывают, а эти для себя вкалывают, – пояснил Глеб, внимательно оглядывая окрестности. – Вот что только плохо: нигде не вижу того типа в черном…

– Шуганем пока этих? – браво поинтересовалась Динка, кивнув на трудящуюся в поте лица троицу.

– А зачем?.. – Глеб хитро улыбнулся. – Хотят ребята работать – пусть поработают. Труд, говорят, облагораживает человека. Я думаю, и у историков к ним претензий не будет – Семен Николаевич, похоже, студентов своих загонял. Так что пусть пока энтузиасты повкалывают, а потом, когда они все откопают, мы и нагрянем.

– Ну даешь! – восхищенно присвистнула Динка и тут же испуганно зажала рот рукой, потому что самозваные археологи, видимо, услышав ее, на миг перестали трудиться и боязливо огляделись, но не обнаружив никого, вновь самозабвенно замахали лопатами.

Работали бедолаги часа полтора-два. За это время успел заскучать даже Глеб, а Динка просто изнылась. Но вот, судя по оживлению на кургане, работа подошла к концу.

– Ага, достают сундук. Ну что, на выход! – скомандовал Глеб и первым двинулся к любителям физического труда.

Те были так увлечены своей находкой, что не сразу заметили неожиданных свидетелей.

– Давай, открывай же! – возбужденно говорил веснушчатый парень, еще недавно изображавший перед студентами полицейского.

– Так-так-так! – насмешливо протянул Глеб, останавливаясь перед ними. – И что это у нас здесь? Кража со взломом?

Веснушчатый вздрогнул и побледнел так, что веснушки почти пропали с его лица.

– Никакого взлома, – поспешно заверил один из рыцарей лопаты. – Мы так…

– На государственное имущество покушаетесь? А лицензия у вас есть? – продолжал Глеб.

Северин, стоящий за его плечом, увидел, как напряглись неудавшиеся воры.

– Погодите, – вдруг опомнился один из них. – Их тут всего двое да две девки! Да и эти двое, кстати, городские! Историки! Да мы их под орех мигом разделаем!

В этом «историки» прозвучало неприкрытое презрение.

Его приятели тоже воспряли духом. И вот уже двинулись с кулаками. Двое пошли на Северина, на самого, по их мнению, крепкого. Еще один вразвалочку двинулся к худощавому Глебу.