— Мы с Тедди наметили поездку в Палм-Бич, чтобы погреться на солнышке и порыбачить. Мы уезжаем во вторник, и до этого дня у меня почти нет времени на светские рауты…

— Я не знала, что ты едешь в Палм-Бич, — резко ответила Пенелопа.

— Это было неожиданное решение, — сбивчиво извинился он. Генри знал, что Пенелопа с укоризной смотрит на него, но не мог заставить себя посмотреть ей в глаза. — Вот почему ещё столько всего необходимо сделать… — пробормотал он, смотря на свои колени.

— В таком случае, — сказала Пенелопа, уперев руку в бедро, — я соберу твой багаж и необходимые в дороге вещи, и закажу себе билет, чтобы позаботиться о тебе в Палм-Бич.

Генри не был уверен, что отразилось на его лице, когда он услышал этот приговор, но Пенелопа ответила взглядом, полным торжествующего удовлетворения.

— Я также приглашу поехать с нами одну из своих подруг, — решила она самостоятельно.

— Хорошо, — ввернул отец Генри, тем самым показывая, что вопрос решен.

— Ладно, — попробовал улыбнуться им обоим Генри.

Он видел, что отец желает продолжить разговор о семье, полной здоровых детишек Шунмейкеров. Генри эта идея казалась настолько абсурдной и неправильной, что в своем теперешнем состоянии он даже не мог здраво поразмыслить над ней. Он знал, что старик рано или поздно вновь затронет эту тему, но не сейчас. Не в присутствии Пенелопы, одетой красиво, как и любая избалованная девушка их класса. Иногда правила приличия на что-то годились, с горькой иронией подумал Генри, проходя мимо жены в спальню с намерением несколько часов поспать в удобной постели.

Каролина, присоединишься сегодня ко мне за завтраком у Холландов? Будет весело, если ты явишься и напомнишь Элизабет, насколько ты её превзошла. Заеду за тобой в полдень.

Миссис Генри Шунмейкер.

Закрытый фаэтон Пенелопы Шунмейкер остановился на южной стороне парка Грэмерси.

— О, старый добрый семнадцатый дом, — вздохнула Каролина Брод, в голосе которой сквозила лицемерная ностальгия.

Она испытала приступ панического страха, когда этим утром принесли записку от Пенелопы с приглашением на воскресный завтрак к Холландам. Сначала мисс Брод вспомнила о простых чёрных полотняных платьях, которые ей пришлось носить. Они не могли сравниться с более достойной униформой горничных дома Хейзов. Затем она вспомнила, какими грубыми были её руки от работы, которую она выполняла у Холландов. Но потом Каролина заглянула в свой гардероб, обозрев все платья, украшения, туфельки, перчатки и изящные жакеты, которые она приобрела как близкая подруга мистера Лонгхорна. Долгое время Холланды скрывали свою бедность, но сейчас о ней уже ходят слухи. Каролина обнадёжила себя, что теперь настало её время, и пришла пора Холландам убедиться в этом собственными глазами.

— Интересно, почему они пригласили тебя? — вслух подумала она, но тут же поняла, что вопрос может показаться бестактным.

Пенелопа, однако, даже если и посчитала вопрос таковым, не выглядела обиженной.

— О, они нуждаются во мне намного больше, чем я в них, — беспечно ответила она, смотрясь в карманное зеркальце в оправе из резной слоновой кости.

В окне кареты виднелись парковые деревья. С них уже облетели листья с тех пор, когда Каролина видела их в последний раз.

— Конечно, старой миссис Холланд известно о том, что я посвящена в маленькую грязную тайну Элизабет, да и вообще, никому в обществе не нравятся бывшие невесты-изменницы. Не слишком желанная ипостась. Я, скорее, жду, как они будут себя вести, увидев тебя.

Каролина положила руку на отделанную латунью дверь фаэтона и прищурилась, разглядывая дом, где когда-то жила. Сейчас он показался ей небольшим и почти суровым из-за простого фасада из бурого песчаника. У железной решетки, огораживающей крыльцо, был такой вид, словно ее пристроили, когда дом уже был готов, а окна бесцеремонно и бестолково выходили прямо на улицу.

Жизнь, проведенная здесь, сейчас казалась Каролине страшной историей или ночным кошмаром, от которого ее внезапно пробудили. Она мимолетно подумала об Уилле, который был таким красивым и хорошим парнем, но ошибся, полюбив знатную и могущественную Элизабет Холланд. За эту ошибку он поплатился жизнью. Но думать об этом было грустно, и, Каролина вынырнула из пучины воспоминаний, когда кучер открыл небольшую дверцу и помог ей выбраться из экипажа.

Она сделала глубокий вдох и посмотрела на Пенелопу, которая всегда знала, что делать. Они взялись за руки — так Пенелопа вела себя с ней только на публике. Согласно их договоренности, им приходилось притворяться подругами. Именно на это согласилась Пенелопа взамен тайных сведений о совершенно непристойном поведении Дианы Холланд, когда та одной поздней декабрьской ночью оказалась в спальне с Генри, причём помолвка Генри с Элизабет была уже разорвана, а с Пенелопой он ещё не обручился.