Грубиян, подумала Джоанна. Противный, неотесанный, невежественный грубиян!

Она могла понять его выпад против вандализма. Действительно, могло привести в бешенство стремление посторонних людей превратить чужой сад в игровую площадку, и он имел полное право выгнать их. Но ему ничего не стоило сделать это в более вежливой форме. Если все местные жители таковы, то перспектива жить в окружении подобных соседей не воодушевляла.

Когда Джоанна вернулась в коттедж, Ева сидела в кресле-качалке и кормила из бутылочки Стефани. Мэнди все еще рисовала, а Стивен дипломатично не показывался на глаза. Но письмо лежало на стуле напротив входной двери.

— От Дональда, — перехватив вопросительный взгляд кузины, счастливым голосом сказала Джоанна, забыв о недавней стычке с грубияном в фруктовом саду.

С письмом в руке она поднялась по скрипучим ступеням в свою комнату, чтобы спокойно прочесть его.

Чтобы свести к минимуму домашнюю работу, решено было последний раз есть в шесть тридцать, а перед сном выпивать только чашку чая с печеньем.

Когда Ева, уложив малышку, спустилась вниз, Джоанна сидела за столом.

— Пока все идет неплохо, — заявила она. — Стефани, слава Богу, уснула. Считаю, что сегодня мы хорошо справились со всеми делами. Даже старушка Перкинс, похоже, угомонилась.

— Зато владелец соседнего сада поднимает чудовищный шум своим трактором, — заметила Джоанна. — Боже, как бы он не побеспокоил Стефани.

— Подобный шум никогда не будил ее, а вот ступеньки могут.

— Ступеньки?

— Они скрипят, особенно одна, на повороте. Стреляет, как из пистолета. Нам надо быть с ней поосторожнее. Вот они, прелести деревенской жизни! — Она посмотрела на Джоанну и небрежно поинтересовалась: — Хорошие новости от Дональда?

— Думаю, можно назвать их таковыми. — Джоанна уже поставила на стол блюдо с салатом-латуком из местного магазина.

Ева накануне сделала заказ по телефону, и по прибытии они обнаружили, что все продукты доставлены миссис Род, присматривавшей за домом в отсутствие хозяев.

— Дональд помолвлен и собирается жениться, — сдержанно сообщила Джоанна.

— Помолвлен? Ах, дорогая, я так рада! — Ева бросилась обнимать кузину. — Но я нисколько не удивлена, я знала, что это произойдет.

— Он помолвлен, но не со мной, — также ровным голосом пояснила девушка. — Это новая помощница сестры-хозяйки. Ей всего девятнадцать. Зовут Кейт.

Лицо Евы стало пунцовым от возмущения.

— Крыса!

У Джоанны перехватило дыхание то ли от смеха, то ли от желания разрыдаться.

— Дональд надеется, что я ничего не имею против. Он все еще очень меня любит…

— Но это же невероятно! На Пасху он просто сходил по тебе с ума, — взвилась Ева. — Никогда бы не поверила, что Дональд способен на такое. Мне казалось, у него гораздо больше ума. — Она заключила сестру в объятия. — Не расстраивайся, милая. Если Дон такой непостоянный, он не стоит твоей любви.

Джоанна сжала руку кузины.

— Не будь такой ласковой со мной, а то я разревусь.

Сердце Евы кипело от злости на человека, так поступившего с Джоанной. Она чувствовала себя в какой-то мере виноватой, поскольку именно она познакомила их. Дональд был сыном ее соседки по Хэмпстеду. Никто не был доволен больше, чем Ева, когда Дональд заинтересовался ее родственницей и подругой. И поскольку сама Ева была счастлива в браке, она желала того же и кузине. Дональд Фрейзер казался идеальной партией. И вот теперь такое!

— Проклятье! Проклятье! Проклятье! — тихо выругалась Ева. Она не могла понять, какие чувства скрываются за ставшим похожим на маску лицом Джоанны.

Измена любимого человека, возможно, не стала бы катастрофой для других девушек, но для Джоанны, и так чрезвычайно настороженно относящейся к мужчинам, это могло обернуться настоящей трагедией.

Ужин закончился. Ева и Джоанна убрали посуду, показали Перкинс ее знакомую корзинку и позволили немного погулять в саду, потом отправили старших детей спать. Остаток вечера показался им бесконечно длинным, потому что ни та, ни другая не могли высказать вслух мучащие их мысли.

Ева болтала, всячески избегая того, что занимало их обеих. Ей очень хотелось «перемыть все косточки» Дональду, и она чувствовала, что и для Джоанны было бы лучше выговориться, чем сидеть внешне спокойной и в то же время смертельно расстроенной в душе.

Но кузина отказалась обсуждать этот вопрос.

— Тут не о чем говорить. Я сама настояла на том, чтобы Дональд считал себя свободным до тех пор, пока мы не увидимся снова. Хорошо, что он встретил эту девушку сейчас, а не тогда, когда мы были бы уже женаты.