— Нет.

Девушка стиснула пальцы, пытаясь скрыть их дрожь.

— Как твои дела?

— Хорошо.

Это была ложь, но что еще она могла сказать?

— Ты можешь меня выслушать? — спросил Эдвард. Ванесса молча кивнула, и он продолжил: — Однажды ты спросила меня, скучаю ли я, когда Сюзан нет рядом. Я ответил, что нет, и это было правдой. Но потом в моей жизни появилась другая девушка — высокая, синеглазая, с размашистой мальчишеской походкой — и все изменилось. Я понял, что не смогу забыть ее, как бы ни старался.

— А ты не пробовал… найти ей замену?

— Нет. Я знаю, что это бесполезно. Другой такой мне не найти.

Эдвард повернулся к ней вполоборота и положил руку на спинку скамейки. Ванесса испуганно дернулась, но он остановил ее, легко коснувшись плеча.

— Ты в этом уверен? — тихо спросила она.

— Абсолютно. — Он наклонился и поцеловал ее в кончик носа.

— Но ведь прошло три месяца, Эдвард. Целых три месяца… — Ванесса взмахнула ресницами, и в ее синих глазах блеснули слезы.

— Да, я знаю, что это большой срок. Может быть, даже слишком большой. Когда ты уехала, я начал работать в журнале: сначала уехал в длительную командировку, потом вернулся, готовил фоторепортаж… Но все это время я не переставал думать о тебе. — Он коснулся губами уголка ее рта и добавил: — А к окончательному решению меня подтолкнула Пегги.

Взглянув на собаку, сидящую у их ног, Ванесса не удержалась от улыбки.

— Я знаю, что Пегги умница, но неужели она научилась разговаривать?

— Нет, пока еще нет. Просто после твоего отъезда я стал замкнутым и раздражительным, и Пегги начала сторониться меня. Когда я заметил это, то понял, что могу потерять не только тебя, но и ее. Вот и решил, что пора действовать, чтобы вернуть вас обеих.

— В таком случае я должна сказать ей спасибо, — улыбнулась Ванесса.

Эдвард схватил ее за плечи и вопросительно заглянул в глаза.

— Ты это серьезно, Ванесса?

— Да, — кивнула она.

— И эти три месяца…

— Были для меня настоящим адом.

— Каким же я был идиотом! — воскликнул Эдвард, прижимая ее к себе. — Я думал, что поступаю правильно, отпуская тебя, и только потом понял свою ошибку!

— Я тоже была не права, — тихо сказала Ванесса, и по ее щекам потекли слезы. — Мне было нелегко признать, что ты неотразим, Эдвард Мэддокс.

Он прижался лбом к ее лбу и облегченно вздохнул, а потом стал нежно целовать мокрые от слез, солоноватые губы.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил он. — Правда, несколько месяцев в году мне придется проводить в Австралии, но ведь ты всегда сможешь сопровождать меня, да?

— Конечно. Я полюбила эту страну, а за тобой поеду, куда угодно, хоть в Антарктиду.

— Так ты выйдешь за меня замуж?

— Да, Эдвард, да. Иначе с кем же я буду путешествовать?

Они смеялись до тех пор, пока он снова не начал ее целовать.

Громкий лай Пегги, предупреждающий о приближении прохожих, заставил их разомкнуть объятия.

— Может быть, поищем более укромное местечко? — предложил Эдвард.

— Неплохая идея, — отозвалась Ванесса. — И что ты можешь предложить?

— Поедем ко мне? Я на машине.

— Кстати, а почему у тебя такой официальный вид? — спросила девушка, когда они встали со скамейки.

— Я собирался предстать перед твоим отцом и попросить у него твоей руки. Обе сестры Перри говорили о том, что в гневе он страшен…

— Что? Неужели Сюзан тоже?.. Я ничего не знала!

— Должно быть, я забыл рассказать тебе, — с кривой усмешкой ответил Эдвард.

— Но сейчас наш отец в Брайтоне, — сообщила Ванесса и вдруг расхохоталась.

— Знаю. Что тут смешного? — удивленно спросил Эдвард.

— Понимаешь, мой отец совершенно не умеет одеваться. Он всю жизнь ходит в джинсах, фланелевых рубашках и свитерах с растянутым воротом. Нам с тетей стоило больших трудов уговорить его надеть на свадьбу Сюзан нормальный костюм, но от галстука он отказался наотрез.

— Понятно, — усмехнулся Эдвард. — Значит, я выглядел бы полным идиотом, если бы появился перед ним в таком виде.

— Зато наверняка произвел неотразимое впечатление на тетю Бетси. Как и на меня.