Как хладнокровно эта девушка провела операцию, думал он, следуя за ней. Она настоящий профессионал в своем деле, а ее легкая походка скоро сведет меня с ума!

Их вооруженное перемирие продолжилось, и к концу недели Ванесса поняла, что ее нервы на пределе. Больше всего она боялась, что сорвется и накричит на Эдварда, выплескивая скопившееся раздражение.

К счастью, они не встретились за ужином, но когда Ванесса уже собиралась ложиться спать, она неожиданно столкнулась с Эдвардом в коридоре. Ночь обещала быть холодной, поэтому девушка надела теплую пижаму, накинув поверх нее синий махровый халат, а в руках держала бутылку с горячей водой, завернутую в полотенце.

Эдвард молча окинул ее с ног до головы внимательным взглядом и сделал шаг в сторону, чтобы дать пройти. Ванесса отметила, что лицо его неестественно побледнело.

— Что-то случилось? — осторожно спросила она, не двигаясь с места.

Мрачное выражение его лица и плотно сжатые губы не оставляли сомнений в том, что она не ошиблась. Ванесса застыла в напряженном ожидании. То, что она услышала в ответ, оказалось для нее полной неожиданностью.

— Я только что получил радиограмму от Джона, — сказал Эдвард. — Ему предложили другую работу, и он уже не вернется сюда. Они с Лесли подали на развод.

— Но почему? Я думала, что… — растерянно пробормотала Ванесса.

— Что они — идеальная пара? — подсказал Эдвард.

Девушка пожала плечами. Известие настолько поразило ее, что о сне уже не могло быть и речи.

— Хочешь кофе? — спросила она.

Он на мгновение задумался, потом кивнул.

— Давай.

Ванесса сварила кофе, и они сели на кухне, где было теплее, чем в остальной части дома. Сжимая в руках чашку, девушка медленно покачала головой.

— Я все пытаюсь понять… Почему так получилось? За то время, что я здесь, Джон и Лесли ни разу не поссорились… Конечно, меня поначалу удивляло, что Джон мало разговаривает с женой, но я решила, что он от природы молчалив.

— Я еще год назад почувствовал, что у них что-то не ладится, но надеялся, что со временем все образуется, — с тяжелым вздохом заметил Эдвард, медленно помешивая в чашке ложечкой.

— Может быть, это из-за того, что у них нет детей? — предположила Ванесса, вспомнив о последнем разговоре с Лесли.

— Думаю, дело не только в этом, — возразил Эдвард. — Джону уже несколько раз предлагали другую работу, но Лесли каждый раз отказывалась уезжать отсюда, и он уступал. Видимо, теперь он настоял на своем.

— Но почему она не хочет уезжать отсюда?

— Ее родители разводят скот. Они уже немолоды и, конечно, надеялись, что дочь продолжит дело. Для них наилучшим вариантом было бы, если бы Лесли вышла замуж за кого-то из местных парней, тем более что женихов у нее было хоть отбавляй. Но она предпочла всем приезжего ученого-биолога, а тот наотрез отказался пасти коров. На некоторое время они нашли компромисс — Джон остался работать на биостанции — но всех проблем это так и не решило.

Ванесса задумчиво отхлебнула кофе.

— Неужели ей никогда не хотелось съездить куда-нибудь? Посмотреть страну, мир?

— Ну почему же, Джон брал ее с собой в Сидней и Мельбурн, но ненадолго, а она всегда стремилась как можно скорее вернуться домой. — Эдвард сделал последний глоток кофе и поставил пустую чашку на стол. — Вообще-то, я ее хорошо понимаю. Большая часть моего детства тоже прошла здесь, и, уезжая, я всегда скучал по этим местам. В Англии нет таких безбрежных просторов. Где еще можно увидеть зеленое море колышущейся на ветру травы, журавлей, танцующих на берегу ручья, и небо, усыпанное мириадами звезд?

— Да, здесь очень красиво, — согласилась Ванесса. — Вчера, когда я ехала одна по равнине, у меня тоже внезапно возникло желание остаться здесь навсегда.

Эдвард устремил на нее пристальный взгляд.

— И насколько серьезно это желание?

Ей не хотелось отвечать, но он не сводил с нее глаз. Наконец после довольно продолжительной паузы она сказала:

— Не слишком. Да, мне здесь нравится, но мой дом в Англии. Там у меня отец, сестра, тетя… Чтобы бросить родных и переехать за океан, надо хорошо понимать, ради чего ты это делаешь.

— Как насчет меня? — с обескураживающей прямотой спросил Эдвард.

— Переехать ради тебя? — тупо переспросила она.

— Ну, хотя бы изменить из-за меня свою жизнь.

Последовало долгое молчание. Он терпеливо ждал ответа.

— В последние дни мы почти не разговаривали с тобой, — наконец проговорила Ванесса, глядя мимо него куда-то в пространство. — Можно сказать, поддерживали нейтралитет. Я думаю, это говорит о многом.

Эдвард продолжал изучать ее падающие на плечи русые волосы, тонкие черты лица, нежные губы, длинную стройную шею в распахнувшемся вороте халата, стиснутые пальцы небольших, но сильных рук…