А еще в зале сидел брат Белой Руки Федя Горобец, который явился в чужую школу помогать мафии. Во время выступления именно он должен был следить за обстановкой в зрительном зале, в то время как Витя Рындин блокировал бы подступы к сцене и кулисам.

Все актеры сегодняшних спектаклей сидели в зале и заметно нервничали. Они даже не смеялись и не галдели – в отличие от зрителей, которые всего лишь пришли посмотреть на то, что они создали.

Тем временем Валентина Петровна заговорила вновь:

– Ребята, я представляю вам жюри сегодняшнего конкурса. Это директор нашей школы Михаил Афанасьевич…

Конечно, раздались вопли и аплодисменты. Но завуч попросила публику, чтобы она вела себя потише и не затягивала процесс представления, потому что спектаклей предстоит сегодня увидеть очень много, целых шесть. И продолжала:

– Завуч по воспитательной работе Маргарита Алексеевна, учительница музыки Агнесса Леопольдовна, руководитель нашего школьного танцевального кружка Марина Михайловна. А председателем нашего жюри любезно согласился стать артист областного драматического театра Анатолий Растаковский!

Все, кого называла завуч, поднимались со своих мест и представлялись публике. Знаменитый артист Растаковский раскланивался особенно долго.

– Вот теперь поаплодируем! – скомандовала Валентина Петровна, когда тот накланялся вволю.

Весь зал дружно зааплодировал. Очевидно, изображая знаменитого артиста Растаковского во время его бенефиса, Валентина Петровна подняла руку вверх и потрясла ею, успокаивая публику. Было видно, что выступать со сцены ей, как и Маргарите Алексеевне, которая часто это делала, все больше и больше нравится. И она говорила:

– Кроме того, в зале находится детское жюри, в состав которого входит представитель от победившего в прошлом конкурсе класса и по одному ученику из каждой параллели – от пятых, шестых, седьмых, восьмых, девятых, десятых и одиннадцатых классов. Мнение этого жюри составит один голос, который полноправно вольется в процесс выставления оценок основным жюри.

Когда все всё поняли, Валентина Петровна собралась уходить со сцены и пояснила:

– Первым из сегодняшних конкурсантов выступит девятый «А» класс, которому по жребию досталось открыть праздник театра и радости. Через несколько минут вы, дорогие ребята и уважаемые господа взрослые, увидите балет «Долина фей и кобольдов» в его исполнении. А восьмой «В» может приготовиться. Его выступление вы увидите вторым номером.

Восьмому «В» не нужно было повторять два раза. Не разбирая дороги, ребятки бросились из зала.

– Так, восьмой «В», это что за стадо баранов? – вскочила со своего места Маргарита Алексеевна. – Ведите себя нормально, а то жюри вам быстренько очко снимет за такую беготню!

Восьмой «В» покидал зал под смех, шутки и улюлюканье. Но артистам оперетты было сейчас не до этого.

Арина Балованцева, которая предпоследней оказалась возле кабинета музыки, открыла дверь… и тут же с размаху получила по голове толстой книжкой «Структура драматического действия».

Нервы артистов оперетты сдали окончательно. Едва они очутились в кабинете музыки, который им открыла девочка из одиннадцатого класса – дежурная, помогающая в проведении конкурса, ребята влетели туда и судорожно принялись готовиться к спектаклю. Кто хватал музыкальные инструменты, кто пытался переодеться в театральные костюмы. Возник небольшой спор – кому где располагаться, кто где должен стоять, кому выйти – мальчикам или девочкам, чтобы не мешать переодеваться… И перешел во всеобщую потасовку.

Но не успела Арина прийти в себя после удара книжкой, как кто-то дернул ее за руку, и она оказалась в коридоре. Дверь захлопнулась.

– Ты жива? – спросил у Арины Витя Рындин, который не успел опередить своего командира и первым войти в кабинет, где бушевала стихия.

– Спасибо, Витя, – улыбнулась Арина, потирая голову. – Как ты вовремя.

– Да ладно, вовремя, – смутился Витя. – Опоздал чуть-чуть.

– Сейчас мы все исправим.

Арина вновь открыла дверь. Бедная старшеклассница металась между разбушевавшимися детьми и не знала, что делать. Даже к выходу из этого помещения она прорваться не могла. А в комнатку возле сцены входить было нельзя. Там балерины расположились…

– Ребята, стоп! Послушайте меня, – громко сказала Арина. – Тихо. Всё нормально.

Ее голос подействовал на галдящую толпу. Все словно пришли в себя и остановились. Мамед Батыров опустил баян, который он уже занес над головой своего дружка, Накокова прижала к себе кружевные панталоны, которыми только что нещадно мутузила Дашу Спиридонову.

А Витя Рындин успел поймать сильного, но легкого Антошу Мыльченко, которого кто-то швырнул прямо ему в объятия.

– Тихонечко, тихонечко, сейчас мы нормально приготовимся. И пойдем выступать, – говорила Арина, глядя на своих одноклассников. – И выступим очень круто. И никто не ошибется. И все будет хорошо…