– Ну нет! – яростно прошипел Бельдгорд.

Оргорон, Спрингрин, а затем Малон и Бэрит долго бились над пленницей, пытаясь угрозами, обещаниями вытянуть из нее хоть слово. Однако колдунья не издавала ни звука, отрешенно уставившись в одну точку. Похоже, ее не беспокоили даже связанные руки и ноги, которые давно уже должны были нещадно болеть.

Тамея потянула Бельдгорда за рукав.

– Рим, надо позвать Онсиду, нашу Соху. И Року. Они знают, кто эта ведьма на самом деле. И ведьма, может быть, зашевелится, когда их увидит.

Бельдгорд послал за Рокой и Онсидой. Тамея ждала их появления с замиранием сердца. Бабушка и внучка были дороги ей, причинять им боль, причем прилюдно, не хотелось. Да что там боль! Она собиралась выдать их! Тамея чувствовала себя отвратительно: новоявленная племянница Оргорона предает своих сородичей! Но и покрывать их она больше не может!

Оргорон уже заметно устал и вяло повторял свои вопросы. Малон предлагал применить силу, Бельдгорд был согласен, Сетин и Колен высказывались за более мягкие методы. Бэрит лишь вытягивал губы трубочкой.

Тамея вгляделась во все еще красивое лицо ведьмы: нет, ей не было ее жаль! Колыхнулся полог шатра, воины расступились, и в круг вошла Онсида, за ней, пугливо озираясь, скользнула Рока.

– Оргорон, – сказал Бельдгорд, – Тамея думает, что эти женщины должны знать ведьму.

Оргорон нахмурился и повернулся к вошедшим:

– Вам действительно знакома эта колдунья?

Рока тут же замотала головой. Онсида всмотрелась в лицо пленницы и побледнела.

– Если бы я сама не совершила обряд отправления Рохайды на Солнце много лет назад, – растерянно проговорила Соха, – я бы сказала, что это она.

Тамея вытаращила глаза: Рохайда?!

– Откуда ты ее знаешь? – спросил Оргорон.

– Она приехала в нашу деревню за мужем много лет назад, – ответила Онсида. – Ее муж, Сурт, недавно тоже отправился на Солнце.

– А дети у нее есть? – спросил Спрингрин.

– Да, сын Пат, – ответила Онсида. – Сурт выгнал Рохайду из дома, да и из деревни, когда обнаружил у нее колдовские книги. Мы не знали, где она скиталась, но спустя почти три года ее тело нашли в лесу. Ее отправили на Солнце. Из погребального огня выбраться было невозможно!

В шатре повисла тишина. Прошлое Рохайды не интересовало ни правителей, ни военачальников. Они обдумывали, как поступить с ведьмой теперь. И лишь Тамея вновь перебирала в уме известные ей события. Вот так штука! Значит, это Рохайда! Сурт выгнал ее, лишив дома и сына, и она отомстила. Онсида подожгла солнечник на погребальном плоту и поплатилась за это. Спрингрин убил мать Рохайды, а девочку оставил на воспитание незнакомым людям. Рохайда в отместку похитила Тамею, которая была для старца как дочь и подбросила ее в деревню. «Но почему она не убила меня? – недоумевала Тамея. – Может, я напомнила ей Пата, которого у нее отобрали? Видимо, в благодарность за свое спасение ведьма сохранила мне жизнь и при первой встрече на реке. А сегодня она все-таки решила убить меня. И в деревне ведьма встречалась вовсе не с Рокой, а с Патом. Одно непонятно: зачем она разыграла собственную смерть? И где же все-таки Турия?»

Оргорон решил допросить Пата. Тамея была с ним согласна, ведь Пат первым прибежал на крик Онсиды, когда она чуть не погибла в лесу.

Через некоторое время в шатер вошел Пат. Он сильно сутулился и смотрел на собравшихся исподлобья.

– Тебе знакома эта женщина? – спросил его Оргорон.

Юноша хмуро глянул на колдунью и отрицательно мотнул головой.

– Посмотри внимательней! – велел Оргорон.

Пат с совершенным безразличием вгляделся в лицо Рохайды. Однако от Тамеи не укрылось, что веки женщины слегка дрогнули.

– Нет, я ее не знаю, – буркнул Пат.

– А тебя не удивляет, мой друг, что мы тебя об этом спрашиваем? – с хитринкой в голосе поинтересовался Спрингрин.

– Вы не только меня спрашиваете. – Пат кивнул на Онсиду и Року.

– Эту женщину зовут Рохайда, – сказал Оргорон. – Ты знаешь кого-нибудь с таким именем?

Глаза юноши сузились до щелочек.

– Так звали мою мать, – с тихой яростью сказал он. – Но она давно ушла на Солнце!

Веки Рохайды вновь дрогнули, но теперь это заметила не только Тамея. Допрос колдуньи возобновили с еще большим ожесточением. Однако ведьма по-прежнему молчала. Когда было решено применить силу, ни Рохайда, ни Пат страха не выказали. Оргорон попросил женщин удалиться.

На горизонте уже разлилось зарево заходящего солнца. Воины разошлись от шатра, жгли костры, готовились к ночлегу. Онсида тяжело побрела в деревню. Тамея смотрела ей вслед, не зная попросить ли прощения у нее и Роки за то, что она считала черной колдуньей Турию? Или Онсида и подруга ни о чем не догадываются и лучше оставить все как есть? Из раздумий ее вывел голос Роки.

– Как ты думаешь, их бьют? – шепотом спросила она.

– Не знаю. – Тамея тряхнула головой, словно отгоняя мрачные мысли.