— Итак, мы знаем, что Таня связана с Меган. Она звонит ей с городского. Возвращаемся к вопросу: кто такая эта Таня, черт возьми?

— Я проверил сотовый номер в Балтиморе. Он принадлежит некой Тане Эббот. Я только что говорил с тамошней полицией. Таня Эббот, тридцать лет. Десять лет назад задерживалась за приставание к мужчине на улице. Оформили и отпустили. Прошла коррекционную программу, и дело закрыли.

— Откуда же Меган могла знать эту Таню?

— Возможно, в жизни Меган была тайная сторона, о которой никто не был осведомлен. Если она оказывала интимные услуги, то, вероятно, могла маскироваться.

Когда они вошли, Стейси по-прежнему сидела в кресле и все еще разглядывала списки звонков. Роган положил перед ней фотографии Меган Гунтер.

— Она могла изменять внешность. Макияж. Цвет волос. Возможно, даже парик. Посмотрите еще раз.

Стейси тяжело вздохнула, глядя на снимки:

— Я никогда не видела эту девушку.

— А как насчет Хезер Брэдли? — спросила Элли. — Она была соседкой этой девушки. Тоже из Нью-Йоркского университета.

Стейси снова уныло покачала головой.

— Ее фото! Нам нужна фотография Хезер. — Элли выскочила из допросной, кинулась к своему компьютеру и открыла базу данных Транспортного управления Нью-Йорка. Девяносто семь женщин по имени Хезер Брэдли. Она сузила поиск до студенческого возраста, но все равно получила двадцать один вариант, без всякой гарантии, что кто-то из них та самая девушка.

Элли отыскала телефон больницы Сент-Винсент и по пути в допросную набрала номер со своего сотового.

— Я сейчас попрошу кого-нибудь из клиники сделать фото и переслать нам.

Роган и Стейси слушали, как она выясняет нужный номер, пока в конце концов ей не дали телефон сестринского поста на этаже Хезер. Элли объяснила, что ей нужно.

Пока тянулись секунды и минуты томительного ожидания, Элли прислушивалась к учащенному биению собственного сердца. Веб-сайт. «Кампус Джус». Оскорбительные послания. Из-за них полиция сразу решила, что целью изначально была Меган Гунтер. Ведь погибла именно она. А раз они сосредоточились на Меган, их внимание, словно луч лазера, было нацелено на угрозы в Интернете.

Но в этой квартире жила не только Меган Гунтер. Там была и ее соседка, Хезер Брэдли. Сказавшая, что не была на свиданиях со времени перехода в Нью-Йоркский университет, однако, по словам Кита Гузмана, все свое время проводившая с каким-то таинственным поклонником, о котором никогда не рассказывала. У нее были темные волосы, светлая кожа и миндалевидные глаза. В точности, как у Стейси Шектер и Кэти Бэтл.

— Простите, детектив, но эта пациентка выписана из больницы сегодня днем.

— Как это могло произойти?

— В отличие от вас, мы наручниками не пользуемся. Я так долго продержала вас на телефоне, поскольку пришлось расспросить коллег. Очевидно, возникла какая-то проблема с данными страховки, которые предоставила пациентка. Один из наших сотрудников пошел вниз, чтобы с этим разобраться, а когда вернулся, пациентки уже не было. Вот все, что мне известно.

Разговаривая с медсестрой, Элли услышала, как в дверь допросной постучали. Она приоткрыла ее, и один из гражданских сотрудников протянул ей бумаги:

— Это для Рогана, с пометкой «срочно».

Элли взяла документы и посмотрела на верхний листок. Это была копия водительских прав из Мэриленда — зернистая из-за сильного увеличения. В правах значилось имя — Таня Джейн Эббот, однако Элли узнала женщину на фотографии. Темные волосы. Светлая кожа. Миндалевидные глаза. Элли видела ее в клинике сегодня утром. Таня Эббот была соседкой Меган Гунтер, Хезер Брэдли.

01.45

Едва шагнув из лифта в холл на четвертом этаже, Элли поняла, что они опоздали. Казалось, минуло не меньше недели, однако прошло всего пятнадцать часов с момента, когда она выскочила из того же самого лифта и увидела, как тело Меган Гунтер вывозят из квартиры. Сейчас дверь была крест-накрест опечатана желтыми полицейскими лентами; кончик одной из них отклеился и свесился на ковер.

Элли ткнула отставший конец ленты мыском ботинка.

— Она нас обставила.

Роган сунул в замочную скважину ключ, который им дал управляющий домом.