— Спасибо, — несколько хрипло пробормотала она. — Я тоже так думаю.

— Он — настоящий Уэйд.

— Самой собой, — осторожно согласилась она.

— Иан должен был им гордиться.

— Он и гордился. — От отчаяния горло Хелен сжалось, и ей стало казаться, что она сейчас задохнется.

— Не могу не думать, что он мог бы быть моим сыном, — тихо признался Джос, — Иану очень повезло. — Хелен не смогла бы выговорить ни слова, даже если бы от этого зависела ее жизнь. — У него был сын, который пойдет по его стопам. Красивая жена рядом. — Он замолчал, но звук его голоса подействовал на Хелен, как электрический разряд.

Она потерла локти и переступила с ноги на ногу, чтобы он не заметил ее дрожи. Как же действовали на нее его близость и слова!

— Ты все еще о нем тоскуешь?

Неожиданность вопроса заставила Хелен изумленно взглянуть на него. И Джейми спросил о том же.

— Да, — ровным голосом сказала она. Как же иначе? Иан всегда был рядом, когда она в нем нуждалась, он стал ее убежищем, спасением, когда Джос бросил ее. — Да, конечно, — повторила она более уверенно.

— Верно, — решительно сказал он. — Мне его тоже не хватает.

Хелен ощутила холодный гнев. Ей захотелось броситься на него, ударить, наказать…

— Ты не видел Иана шесть лет до его гибели, — процедила она сквозь сжатые зубы. — Как ты можешь говорить, что тебе его не хватает?

— Мне не хватает его писем, его рассказов о Джейми. И о тебе.

Письма Иана… Почему он хранил свою переписку с Джосом в тайне от нее? Ей стало горько при этой мысли. Но внутренний голос возразил, что Иан не мог рассказать ей о письмах, зная, как она относится к Джосу. По-видимому, Иан разрывался между ними.

А Джос отвечал ему? Наверняка! Просто она об этом не знала. Она снова разозлилась и на Иана, и на Джоса.

— Я не имела понятия, что Иан тебе пишет…

— Он тебе не рассказывал?

— Нет, не рассказывал.

Джос пожал плечами.

— Наверное, это объяснимо. Скорее всего, ему казалось, что ты не захочешь знать.

Хелен снова ощутила неуверенность. Вероятнее всего, именно так Иан и считал. А она не давала мужу ни малейшей возможности рассказать о его отношениях с Джосом. Сначала она была убита горем, потом горе перешло в дикий гнев. Иан не стал бы упоминать о двоюродном брате из опасения ее расстроить.

— И все же мне очень не хватает его писем, — задумчиво признался Джос.

— О, я нисколько не сомневаюсь, — презрительно заметила Хелен. — Но объясни мне, Джос: если ты так скучал по своему двоюродному брату, то почему же не приехал на его похороны? Если бы ты захотел, то вполне успел бы.

— Ты думаешь, я не приехал бы, если бы мог? — тяжело спросил он.

Хелен негодующе вскрикнула.

— Наверное, возникли дела? Еще одна многомиллионная сделка, скорее всего?

Он взглянул ей в глаза.

— Нет, здесь было личное дело.

— А, понятно, — усмехнулась Хелен. — Свидание не мог пропустить?

Его пальцы впились в ее плечо. Она попыталась отодвинуться, но он крепко держал ее, глаза сердито потемнели.

Они стояли так довольно долго, потом Джос внезапно отпустил ее и отвернулся.

— Ничего похожего. Но это длинная история, мне думается, тебе не захочется ее слушать. Достаточно сказать, я глубоко сожалею, что не смог приехать на похороны Иана.

Печаль, которую она расслышала в его голосе, несколько поумерила ее гнев, и она с отсутствующим видом провела рукой по глазам.

— Послушай, Джос, ты извини меня… Я… У меня, наверное, нет права тебя упрекать. Видимо, я просто устала. А встреча с тобой снова мне все напомнила — и гибель Иана, и всю эту шумиху в прессе, и похороны. Ты на меня плохо действуешь.

— Похоже, я непреднамеренно действовал на тебя так весь вечер, — решительно заявил он, и Хелен перевела дыхание.

— Я не ожидала тебя увидеть, вот и все, — попыталась оправдаться она.

— А я не ожидал такой враждебности с твоей стороны.

Только огромным усилием воли Хелен удержалась от прямого ответа на эти провокационные слова.

— Мне жаль, что тебе так показалось, Джос. Но ведь прошло одиннадцать лет. Не мог же ты рассчитывать, что мы вот так просто… — Она замолчала, проклиная свой длинный язык.

— Начнем там, где закончили? — продолжил он за нее. — Да нет. Но как я уже говорил, мы когда-то были друзьями.