— Точно, — подхватил Авдеев. — И то одна сторона, то другая пыталась взять позиции противника штурмом, ходя под плотным ружейным и пулеметным огнем. Прямо как сейчас китаезы.

— Ну, надеюсь, нас ответным визитом вежливости на китайцев в атаку не погонят, — заметил Белый.

— Да, это было бы глупостью, — кивнул Бардов. — Косоглазых дохренища, их, сколько в атаку ни ходи все меньше не станет, а вот нас с гулькин нос. Одна наша атака и, считай нас нет. А вот колючка нам бы действительно не помешала, правда?

— Точно, — согласился Тимур. — Ее ведь так сразу не преодолеешь. Хороший заслон, а стрелять через нее по противнику самое то. Они ее пытаются порезать, а мы их свинцом угощаем.

— Верно.

— Так в чем проблема Юрик? — усмехнулся Вадим. — Выскажи свое предложение начальству, глядишь, они соответствующий запрос сделают и с очередной партией боеприпасов нам колючки подбросят. Ее поди на складах немеряно, не знают куда деть.

Бардов только посмеялся вместе со всеми. Уже сколько раз он так вот чужие идеи выдавал за свои.

— Так мы ее хотя бы перед второй или третьей линией наставим. Перед первой уже поздно, нас самих пощелкают, пока натягивать будем. О чем только раньше думали… но как известно, хорошая мысля приходит опосля. Бля.

— Может и высказал бы, очередная положительная заметка в личном деле не помешает. Тебя вот и так уже к каким-то наградам представили… да только поздно уже эту идею предлагать. Ни на первую, ни на вторую и даже третью линию.

— Почему?

— Так заминировали уже все подступы. Кто сейчас начнет колючку на минных полях разматывать? А далеко ее ставить, особого смысла нет.

— Мн-да, об этом я тоже не подумал.

Снова застучал крупнокалиберный пулемет, уже с позиции первой линии.

— Куда он там бьет? — заинтересовался Юрий и стал осторожно высовываться.

— Тебе так интересно, что решил лишнюю дырочку в башке заиметь? — бросил Куликов. — А за одно и нас демаскировать, чтобы китайские минометчики в наш окоп пару мин положили?

— Ну не настолько… — виновато протянул Бардов и спустился обратно.

— И потом, что на этот счет Белый говорит?

— А что он говорит? — удивился Юрий, глянув на Алексея, что сам несколько удивленно глянул на Вадима.

— А он говорит, что не надо привлекать огонь противника – это раздражает людей, которые тебя окружают. А лишний раз высовываясь ты как раз привлекаешь внимание врага, он того и гляди мину нам прямо в окоп залепит.

— Все-все, осознал свою ошибку. Может, в картишки сыграем?

— Сейчас? — изумился Авдеев.

— Ну а почему бы и нет?

— Мн-да, это уже верх русского фатализма. Видимо во мне все же недостаточно русской крови для такого отношения к жизни, чтобы под огнем играть в карты на сигаретки.

Бардов только хмыкнул. На войне его махровый национализм чуть притупился, но только чуть-чуть.

— О смотрите! Кажись, опять китайцам сейчас по самые помидоры врежут! — воскликнул Авдеев, указав на тонкие ниточки в небе, что оставляли после себя ракеты.

— Это не РСЗО, — возразил Белый.

— Почему?

— Слишком высоко… Да и залп покучнее будет. А тут всего несколько штук летит.

— Тогда что?

— ПВО…

Ракеты уходили вдаль и вскоре у самого горизонта на пределе видимости начали вспыхивать первые оранжево-черные шары взрывов.

— Самолеты мочат, — прокомментировал очевидное Бардов.

— Что-то мне хреново стало камрады, — сказал Куликов и после пары мгновений раздумья стал распаковывать подсумок химзащиты.

— Ты чего делаешь? — удивился Авдеев.

— Химзащиту одеваю.

Вадим действительно стал облачаться в балахон химзащиты.

— Это мы сами видим. Зачем?!

— На всякий пожарный… Раз китайцы не смогли нас выбить чистым методом, а выбить им нас нужно кровь из носу, то почему бы не воспользоваться грязным методом и не подбросить каких-нибудь ядов типа зарин-зоман? Возможно мои действия недостойная настоящего десантника перестраховка, но лучше перебдеть и потом посмеяться надо мной в три горла, чем недобдеть и смеяться тогда уже будет нечем, потому как горло раздует словно…

— Думаешь пойдут на применение? — с сомнением произнес Белый.

— Не вижу ни одного довода "против". Война. А международные конвенции и прочая мура для китайцев и раньше были пустым звуком. Так чего им жеманиться сейчас?

Вадим полностью облачился, загерметизировался, осталось только противогаз натянуть и все, он готов биться хоть аду.

Приятели долго смотрели на него, потом еще раз на восток в небеса, где продолжали рваться взрывы, причем с каждой минутой все ближе и в какой-то момент как по команде распаковали свои подсумки с комплектами химзащиты и тоже стали одеваться, стараясь не смотреть друг другу в глаза.