— Вперед! В атаку! — тут же приказал старший сержант, как только пулемет замолчал и первым рванул вверх.

Обошлось. Они не стали мишенью, десантники захватили первые огневые точки слишком быстро и не дали противнику опомниться.

Сверху забили АК-127, решеча не успевших скрыться пулеметчиков.

— Вот оно, твое недостающее процентное соотношение, — указав на два трупа китайцев, сказал Юрий Бардов, когда Куликов со своим отделением догнал остальных. — Здесь окопались, гады!

Кто-то подхватил трофейный пулемет и еще целый цинк с патронами к нему. Другие разжились оставшимися гранатами.

— И кто знает, сколько их тут еще, — согласился Тимур Авдеев.

— Прекратить разговоры! Продолжить движение! Нужно взять высоту!

Высоту они взяли, но и только. Как солдаты ни искали, но найти доты из которых расстреливали бронетехнику из пушек, а также из аналога М-90, весь эшелон, они так и не смогли. Даже рассвет в этом им ничем не помог.

— Что ни говори, а китаёзы в маскировке доки, — сплюнул Алексей Белый.

А также в устраивании ловушек. После того, как несколько солдат подорвались на минах или растяжках, обследование горы пришлось прекратить до подхода саперов.

Только к рассвету прилетели два стареньких штурмовых вертолета Ми-24. Лучше бы они этого не делали… Оба вдруг задымили и быстро теряя высоту пошли на экстренную посадку. Стрелков опять засечь не удалось, как ни смотрели.

Пока небольшие подразделения держали высотки, зорко вглядываясь в склоны соседних высот, остальные помогали раненым, вытаскивали убитых и быстро перетаскивали в "мертвую зону" где грузили на подкативший товарняк. Хотя неизвестно, являлась ли эта "мертвая зона" таковой в действительности или же китайцы сидят и там? Но они по крайней мере себя никак не проявляли.

В ночном бою взвод Коржакова потерял шестерых убитыми и четверых ранеными. Кого гранатами порвало, кого пулеметными пулями изрешетило.

Много. Много если учесть что и остальные потеряли не меньше, а то и больше, особенно это касается подразделений во втором эшелоне.

— Что же это сегодня ночью было? Чем они обстреливали нас? — не унимался Юрий Бардов, нервно скуривая одну сигаретку за другой. — Это же ведь черт-те что!

"Вот и схватился с китайцами, — подумал Вадим. — Что-то ты не очень-то этому рад".

Остальные, с наступлением рассвета, также дымили как паровозы. Ночью курить себе дороже, огонек – хорошая цель для снайпера, и вот, при первой же возможности, они за считанные часы изничтожали запасы курева на несколько дней вперед.

— Гранатометы? — предложил Авдеев.

— Да ну, мы бы засекли стрелков в два счета, — отмахнулся нацик. — Да и такая снайперская работа непосильна никакому стрелку, да к тому же ночью. А прибор ночного видения не столько помогает, сколько мешает… слепит ведь все. Ты только посмотри, как они их ювелирно пожгли, точно в баки и места хранения боеприпасов, а не абы куда лишь бы попасть, как обычно стреляют из гранатометов…

Смотреть лишний раз вниз на развороченные и обгоревшие составы и разбитую технику не хотелось. Насмотрелись уже. Тошно. Днем все выглядело еще кошмарнее чем ночью. Повсюду сожженная техника, вагоны и тела, тела, тела… некоторые разорваны на части. Раненые стонут.

— Это определенно пушка, но опять же… ничего не понимаю. — Продолжил анализ Бардов. — Это ж какой глушитель нужно навернуть на ее ствол если по аналогии с винтовкой?

— Да, нехилая такая хреновина получится, — невольно хмыкнул Белый. — Да и не бывает глушителей для пушек.

— Не бывает, и понимать тут тоже особо нечего, — подойдя, вмешался в разговор старший сержант Коржаков. — Все просто как дважды два.

— В смысле, товарищ старший сержант? — не понял Юрий Бардов.

— Ты прав, это пушка. Но не обычная, а электромагнитная. Потому и шума нет.

— Электромагнитная пушка?! — изумился Тимур Авдеев.

Вадим понял его удивление. Электромагнитная пушка не новость. Уже лет пять как по морям и океанам ходит атомный крейсер "Санкт-Петербург" основным вооружением которого являлись ствольные электромагнитные пушки количеством в три трехствольные батареи, калибром две по восемьдесят пять и одна по сто двадцать миллиметров. Из-за чего крейсер внешне очень напоминал крейсера Второй мировой войны и те что были построены сразу после нее, только значительно больше.

Вот уж вправду история развивается по спирали. Ведь с развитием ракетного вооружения пушки казалось навсегда канули в небытие, как морально устаревшие образцы вооружения. Слишком уж они громоздкие, медлительные и неточные по сравнению с самонаводящимися ракетами. А уж сколько нужно тысяч тонн взрывчатки и самих снарядов для этих пушек! Это же пороховая бочка, небольшое ЧП или того хуже – диверсия и все… от корабля практически ничего не останется.

Но новый принцип стрельбы все изменил и пушки вновь заняли свое достойное место в арсенале вооружения крупнейших держав мира. Только подумайте и представьте: десятикилограммовая болванка, именно болванка, а не снаряд со взрывчаткой, посылается со скоростью семь-восемь километров в секунду на дистанцию до сотни, а то и до двухсот или даже трехсот километров. Ни одно укрепление не выдержит воздействие такой кинетической энергии. Все просто испаряется, даже если от снаряда к моменту попадания в цель останется всего половина от его первоначального размера и массы из-за сгорания в атмосфере вследствие трения о воздух!