Шрифт:
Лиззи перестала сосать палец, широко раскрыла глаза и напряглась, словно что-то припоминая.
Стоя на пороге, Ратлидж слышал, как Энн моет посуду на кухне и с кем-то тихо разговаривает или поет вполголоса, — он так и не понял.
— Кто-нибудь ехал верхом на коне? — Он досадливо вздохнул.
— На большом коне сидел всадник? Высоко в седле, как ты катаешься с папой? Ты видела того человека, солнышко? Как папу верхом на лошади? Ты видела его лицо…
Не успела она договорить, как Лиззи закричала. В тишине ее крик казался особенно громким и страшным. Агнес воскликнула:
— Что ты, что ты, родная, не бойся!..
— Папа! Папа! Папа! Папа! Нет… нет… не надо! — кричала Лиззи, извиваясь на руках у бабушки и крепко прижимая к себе куклу.
Из кухни прибежала Энн, послышались и другие шаги.
Ратлидж подошел к креслу и склонился над ребенком, как вдруг кто-то с силой отшвырнул его в сторону. Он ударился о стену, поцарапал щеку. Сзади загремел мужской голос:
— Не трогайте ее! Оставьте ее в покое! Черт вас побери, оставьте ее в покое!
Круто развернувшись, Ратлидж увидел Теда Линтера. Тот с искаженным от гнева лицом снова набросился на него. Лиззи застыла у бабушки на руках, зажмурив глаза. Она снова и снова повторяла:
— Нет! Нет! Нет!
Ратлидж пытался вырваться.
Энн кричала:
— Тед! Не надо!
— Чтоб вам провалиться, она и так настрадалась! Я не позволю вам ее мучить! — кричал Тед.
Лиззи замолчала так внезапно, что все, в том числе ее отец, застыли на месте. Глядя через его плечо, Ратлидж увидел лицо девочки: потрясенная, она широко раскрыла рот, забыв о крике. Сначала она крепко зажмурила глаза, потом чуть приоткрыла их… и вдруг распахнула широко и удивленно посмотрела на отца, словно не верила тому, что видит. И протянула к нему руки. На ее заплаканном личике расплылась широкая, сияющая улыбка. Тед шагнул к дочке, а та изумленно спросила:
— Папа?!
Тед издал странный горловой звук, бросился к дочери, схватил ее в объятия, прижал к груди. Лицо его сморщилось от слез. Энн подбежала к мужу и дочери, обняла обоих. Она тоже плакала.
Агнес, прижав обе руки к сердцу, как будто боялась, что оно выскочит из груди, поднялась с кресла и, оцепенев от ужаса, в упор смотрела на Ратлиджа.
Ошеломленный, Ратлидж стоял на месте, не до конца понимая, что же он сделал.
Хэмиш у него в голове снова и снова повторял: «Она ведь всего лишь ребенок… ребенок!»
Глава 19
Солнце почти совсем скрылось за горизонтом, когда Ратлидж вернулся на машине в Аппер-Стритем. Он очень устал; в голове теснились образы и догадки. Он поднялся в номер, никого не встретив по пути. Закрыл за собой дверь, остановился задумавшись.
Если показания девочки верны — а он жизнью готов был поручиться, что это так, — Мейверс никак не мог застрелить Харриса. Да он и сам был почти уверен в невиновности Мейверса. Смутьяну просто не хватило бы времени! Как ни соблазнительно записать Мейверса в подозреваемые, вероятность того, что он убил Харриса, ничтожна. Если только он тщательно все не продумал и не рассчитал.
Что еще изменили показания Лиззи? Кукла валялась рядом с живой изгородью на краю луга, почти скрытая под ветками и листьями. Девочка сидела там же; со своего места ей были видны и конь, и всадник.
Чаще всего Лиззи видела одного всадника — родного отца. Поскольку Пинтеры жили на холме, вдали от городка, они были не слишком хорошо осведомлены о последних событиях. Разумеется, Лиззи в своей жизни видела не одну лошадь и не одного всадника. Верхом катались многие мужчины и женщины. Но человек, которого она привыкла видеть на коне, был ее отцом…
И когда она услышала на лугу цокот копыт, она выбежала из укрытия и кинулась навстречу, ожидая увидеть отца.
Но на коне сидел не Тед Пинтер, а Чарлз Харрис. Он скакал к ней; испуганный конь понес.
Ничего этого Лиззи не знала — ведь лица всадника она не видела.
Выше шеи у него ничего не было. Девочка закричала; конь дернулся, и страшная ноша вывалилась из седла.
Лицом… точнее, грудью… в траву.
И Лиззи, решив, что видела ужасное, обезглавленное тело отца, бежала, бросив куклу.
А может, она была на лугу раньше, уронила куклу, вспомнила, где она ее оставила, и, по пути, чтобы забрать ее, встретила призрак смерти?
Ратлидж решил: не важно, как именно было дело. Важно, что Лиззи была на лугу и видела Чарлза Харриса верхом на коне — уже мертвого. Она не видела ружья, не видела Уилтона и не слышала выстрела.
А убийца не видел ее…
Возможно, Чарлза Харриса убили вовсе не на лугу!
Сержант Дейвис с самого начала говорил: никто точно не знает, где именно застрелили полковника. Сержант считал, что убитый вряд ли выпал из седла далеко от места убийства.