Ничего. Ни-че-го…

Погодите-ка…

Под самой живой изгородью, рядом с тем местом, где они с сержантом стояли в первый раз, мелькнул какой-то серый, невзрачный, почти сливающийся с землей клочок. Ратлидж ни за что не увидел бы его с другого места… Что там такое?

Он подошел к живой изгороди, присел на корточки. Что там? Как будто клочок материи… Не обращая внимания на ветки, которые хлестали его по лицу, он пополз вперед, к непонятному клочку. На него смотрели широко раскрытые глаза.

Раздвинув ветви, он ухватил странный предмет и потянул к себе.

Кукла! Маленькая деревянная кукла в заляпанном грязью выцветшем платьице, которое когда-то было голубым в цветочек, — такую материю можно купить в любой лавке. Дешевый ситец. Из него матери шьют дочкам летние платьица. Из остатков получилось и платьице для дочкиной любимой куклы.

Кажется, Уилтон что-то говорил о девочке, которая потеряла куклу?

Ратлидж вертел куклу в руках.

Скорее всего, суд не сочтет Хикема надежным свидетелем. А ребенка? Ратлидж вполголоса выругался. Только ребенка ему и не хватало!

Продравшись сквозь заросли, он широким шагом направился к машине, не обращая внимания на высокую траву и ветки. Он думал, как теперь быть с неизвестной девочкой — и с Уилтоном. Хэмиш молчал, но Ратлидж по-прежнему ощущал его присутствие.

Добравшись до машины, оставленной на заросшей дорожке, Ратлидж снова выругался — на этот раз громко и с чувством.

Кто-то проткнул покрышку. И не просто проткнул — злобно раскромсал ножом или гвоздем. Специально и со злобой.

Не нужно быть сыщиком, чтобы понять, чьих это рук дело.

Мейверс, чтоб его!

Ратлидж попросил местного кузнеца отогнать машину в городок, а сам отправился искать инспектора Форреста. Но инспектора на месте не оказалось — его вызвали в Лоуэр-Стритем, где произошла авария с участием грузовика.

«Очень кстати», — в досаде подумал Ратлидж и вернулся в гостиницу.

Время обеда давно прошло. Наскоро перекусив, он заглянул к доктору Уоррену, чтобы справиться о Хикеме. Хикему не стало лучше; хотя он проснулся, его глаза тупо смотрели в одну точку на потолке крошечной комнатки. Судя по всему, Хикем ничего не понимал и не испытывал ни боли, ни горя.

С доктором Уорреном Ратлидж столкнулся в дверях.

— Видели его? — спросил доктор. — По-моему, чудо, что он еще жив. Я достаточно повидал на своем веку, но круглые сутки над ним стоять не могу. Если хотите, попросите священника помолиться за него… — Доктор презрительно фыркнул. — По правде говоря, больше-то он ни на что не годен!

— Скажите, рядом с тем лугом, где нашли Харриса, живут дети? — спросил Ратлидж.

— Дети?! — переспросил доктор Уоррен.

— Точнее, девочки. Маленькие, которые еще играют вот с такими куклами. — Он показал доктору заляпанную грязью деревянную куклу.

Доктор Уоррен удивленно воззрился на предмет в руке у Ратлиджа.

— В «Мальвах» живет семь или восемь девочек — дочери арендаторов и слуг. И у окрестных фермеров есть дочери. Правда, девочки поблагороднее играют фарфоровыми, а не деревянными куклами… как правило. А что?

— Вот это я нашел под живой изгородью на краю луга. Капитан Уилтон вспомнил, что в то утро, когда произошло убийство, он видел девочку, которая потеряла куклу.

— Так спросите капитана, пусть он ее найдет! У меня тяжелые роды — ягодичное предлежание, а после этого надо ехать к фермеру, у которого топор выскользнул из рук и едва не отхватил ему ступню. Чудо будет, если удастся спасти ногу! А спасти надо: в армии он не служил, так что бесплатного протеза ему не положено.

Ратлидж пропустил доктора в небольшую приемную; Уоррен положил все необходимое в докторский саквояж и поставил его на выщербленный стол.

— Надеюсь, вы понимаете, если даже Хикем выживет, с мозгами у него совсем плохо. Во всяком случае, ни о каких свидетельских показаниях в суде и речи быть не может! Скорее всего, все, что случилось, совсем стерлось у него из памяти.

— Да, понимаю, — ответил Ратлидж. — Вы почти всю жизнь служите местным жителям. Как по-вашему, кто мог убить Чарлза Харриса?

Уоррен пожал плечами:

— Мейверс, конечно! Я бы в первую очередь подумал о нем. Капитана я знаю недостаточно хорошо и судить о нем не могу… И все же Леттис собралась за него замуж, а Чарлз всегда трепетно относился к своей подопечной. Он бы ни за что не допустил, чтобы какой-нибудь негодяй сломал ей жизнь.

— А Кэтрин Тэррант?

Уоррен покачал головой:

— Хотите сказать — из-за того немца? Не будьте идиотом. Не представляю себе Кэтрин за деревом с дробовиком… И потом, если бы она хотела убить Харриса, она бы пришла к нему в «Мальвы» в первый же день, как полковник вернулся с войны. Зачем ждать так долго? Впрочем, мне платят вовсе не за поиск преступников. Найти убийцу — ваше дело. Кстати, по-моему, вы продвигаетесь чертовски медленно!