Наконец в дверь постучали. Николас встал, готовый увидеть Жанетт. Но когда открылась дверь, он, услышал лишь приглушенные мужские голоса.

— К вам с визитом герцог Бэлфорд, милорд, — объявил с порога дворецкий.

— Проси, ответил Николас. Он слышал медленные шаги отца и громкий кашель.

— Добрый день! — Старик наконец вошел в кабинет.

— И чем я обязан этой честью, ваша светлость?

Герцог сел в кресло напротив сына и искоса взглянул на графины с напитками.

— Вначале налей мне бренди.

Николас исполнил его просьбу. Протянув бокал отцу, он снова сел.

— Зачем ты пришел?

— Хотел узнать, как продвигаются дела со свадьбой, — ответил тот и сделал глоток. — Чертовски хорошая штука.

— Свадьба состоится после Рождества.

У герцога был такой вид, словно он хотел встать и наброситься на сына. Но в его возрасте и при его состоянии здоровья быстро сделать это не мог.

— После Рождества! О чем это ты? Я хочу, чтобы ты женился до моей кончины.

Николас усмехнулся.

— Мне ужасно жаль, ваша светлость. Но я не позволю никому себя одурачить. Мисс Литлбери скомпрометировала себя, и я не желаю рисковать. Вполне возможно, что она беременна от другого мужчины.

— Этого не может быть. Я уверен, что она девственница. Ее отец меня проинформировал, — сказал герцог.

Прочитав отчет своего осведомителя, Николас сильно сомневался в этом.

— Тогда, конечно, сомнений нет, — с сарказмом заметил Николас. — Впрочем, даже если бы сам король заявил о ее невинности, меня бы это не убедило. До тех пор пока я сам не удостоверюсь в том, что она не носит чужого ребенка, я на ней не женюсь.

Герцог прищурился.

— Все из-за той гадалки?

— Мисс Рейнар тут совершенно ни при чем.

— Так я тебе и поверил. — Отец сделал большой глоток бренди. — Впрочем, это не важно. Она такая же, как все шлюхи.

Николас вскочил на ноги и стиснул кулаки.

— Не смей так говорить о ней!

Старый герцог ехидно рассмеялся и встал, собравшись уходить.

— Разумеется, она шлюха. Самая настоящая. Ни слова не сказала, когда я дал ей десять тысяч фунтов в обмен на обещание навсегда уехать из Англии.

Николас ничего не сказал, провожая взглядом ковыляющего к двери отца. Софи никогда бы не поступила так. Ее расходы оплачивал ее отец. Кроме того, друзья девушки знали бы, если бы она уехала из страны. Они бы ему сообщили.

Но что, если это правда?

Николас отказывался верить отцу. Тот был способен на вероломство, и сын хорошо об этом знал. Старый герцог готов был пойти на все, что угодно, чтобы не дать своему сыну жениться на Софи. И ради этого мог даже расстаться с весьма значительной суммой.

Николас пребывал в смятении. Был лишь один способ все прояснить — самому увидеться с Софи. Он крикнул дворецкому, чтобы ему немедленно подали карету. В ожидании экипажа Николас принялся нервно ходить по комнате.

— Простите, милорд, — сказал, показавшись в дверях Лейн. — Вам только что принесли письмо.

Николас нетерпеливо взял его.

— Спасибо.

Увидев знакомый почерк Софи, Николас почувствовал облегчение. Она бы никогда не уехала, не попрощавшись с ним и своими подругами.

Николас сломал печать, пробежал глазами письмо и, скомкав его в тугой шар, бросил в угол комнаты. Она его оставила. Она не просто уехала, она еще и взяла деньги у его отца. В голове Николаса, словно что-то взорвалось. Пульсирующая боль скатилась вниз, к сердцу.

Она его бросила. Оставила, даже не сказав «прощай». Как она могла так с ним поступить? Он был готов на все ради нее. Николас потянулся за графином с бренди и налил себе полный бокал.

Он будет пить, пока не притупится боль. Напьется до бесчувствия. Будет пить, пока все мысли о Софи не исчезнут из его головы. Возможно, ему удастся выпить столько, что он забудет, как сильно он ее любил, какой она была красивой и как ему было с ней хорошо.

Николас смеялся, вливая в себя третий бокал. В доме его не хватит бренди, чтобы забыть о ней. Едва ли во всем Лондоне найдется достаточно спиртного, чтобы помочь ему о ней забыть.

— Прошу прощения, леди Блэкберн, — сказал дворецкий Николаса, — но его светлость не принимают.

— Напился? — тихо спросила Жанетт. Сегодня днем она получила от Софи письмо и догадывалась, что творится с Николасом, если и он получил от Софи послание. И потому Жанетт приехала к нему, как только смогла.