Однако на корабле Адрони имелось оснащение и для такой ситуации. Кроме стандартного сверхсветового двигателя «Тантал», «Кхар’Шан» был оборудован батареями, работающими на водородном топливе, и их мощности хватало, чтобы генерировать надежное защитное поле и отражать шквал летящих снарядов.

Но все же защитный барьер батарианцев не выдержал; поле рассеялось, оставив судну только броню корпуса. Снаряды кварианцев стали достигать бортов, и тогда Адрони отдал приказ, которого уже с нетерпением ждал командир артиллерии:

— Гасители!

Гасители были специализированным оружием, предназначенным не для уничтожения, а лишь для вывода из строя движущей установки корабля. Их эффективность проявлялась только на короткой дистанции, когда перехватить и уничтожить мелкие ракеты было уже невозможно. Но это условие было выполнено, и Адрони удовлетворенно хмыкнул, увидев, как снаряд одного из двух имевшихся гасителей преодолел завесу огня и ударил в корпус корабля. И не где-нибудь, а в том месте, где взрыв мог разорвать связь между главным двигателем и остальной частью судна. Это повреждение нетрудно исправить, но потребуется время, в течение которого кварианцам придется обойтись резервной энергетической установкой.

— Идем на сближение! — приказал Адрони, убедившись, что повреждение уменьшило скорость корабля противника. — Абордажной команде приготовиться. Для них есть работа.

Космические корабли сошлись бортами, и сильный толчок сбил Джиллиан с ног. После этого послышался приглушенный взрыв.

— Они уже здесь! — крикнул Уго в микрофон переговорного устройства, помогая ей подняться.

Наружная крышка люка уже была взорвана, значит, батарианцы проникли в шлюзовую камеру. Через несколько секунд металл вокруг контрольной панели внутреннего люка покраснел, потом плазменный резак пробил преграду и начал обводить вокруг замка огненную окружность. Послышался резкий свист улетающего в вакуум воздуха, затем металлический лязг: кто-то из работорговцев ударил по контрольной панели ногой и вырезанный фрагмент упал на палубу «Иденны».

Воздух вырывался наружу, унося с собой все незакрепленные предметы, а когда батарианцы сорвали крышку люка, утечка стала еще интенсивнее. Обе стороны открыли огонь.

В вакууме не осталось никаких звуков, кроме тех, что поступали по внутренней связи непосредственно в скафандр. Джиллиан не слышала перестрелки, но появление на «Иденне» фаланги батарианцев в тяжелой броне вызвало бесконечный поток приказов и замечаний.

Массивные доспехи замедляли продвижение работорговцев, зато отражали большую часть снарядов кварианцев.

— Бейте в упор! — кричал Уго. — Пробивайте броню. Мы должны остановить их еще до барьеров.

Со своей позиции на задней линии, почти скрытая последними барьерами, Джиллиан могла оценить правильность распоряжений Уго. Сражающиеся с обеих сторон использовали оружие, посылавшее частицы со скоростью, близкой к скорости света. Это означало, что в магазинах содержится великое множество зарядов. Но непрерывная стрельба вела к тому, что оружие раскалялось. Одно неверное движение при попытке заменить горячую кассету на свежую могло привести к блокировке оружия, и тогда его владелец становился практически беззащитен. Это было одной из многих вещей, о которых Джиллиан не имела права забывать.

Непрерывный поток снарядов из кварианского оружия все же пробил многослойную броню батарианца, добрался до плоти и кости, и работорговец упал. Из пробоины в скафандре ударил жуткий гейзер. От одного этого зрелища Джиллиан ощутила тошноту, но навела свой пистолет на одного из захватчиков и спустила курок. Яркие искры на броне отметили попадание снаряда, но выстрел не оказал никакого видимого воздействия, и батарианец продолжал неуклюже двигаться вперед.

А затем, когда в схватку вступил наемник-кроган, и без того сложная ситуация обострилась еще сильнее. Джиллиан не слишком хорошо разбиралась в огнестрельном оружии кроганов, но ей и не потребовалось его разглядывать, чтобы убедиться в колоссальной мощи, — двое ее товарищей уже упали под выстрелами, а Уго поднялся, чтобы бросить гранату. Вспышка была яркой, но эффект оказался минимальным.

Кроган выстрелил в Уго, и тот едва успел уклониться. Но второй выстрел пробил кинетическую броню кварианца, и снаряд вонзился в плоть. Образовавшееся отверстие было настолько большим, что скафандр Уго раскололся. Джиллиан с ужасом наблюдала, как вакуум выдернул из грудной клетки кварианца внутренние органы и разбросал их по палубе.

В груди Джиллиан вспыхнул огонь эмоций. Было время, когда сочетание ярости и горя вызывало временное бездействие. Но с тех пор она повзрослела и научилась использовать гнев для усиления своих способностей. К этому моменту кварианцы под натиском неутомимого крогана были вынуждены отступить под защиту барьеров и она вышла из укрытия. В наушниках раздался предостерегающий крик Хендела, но Джиллиан Нар Иденна не послушалась его. «Иденна» была ее кораблем, и Уго был одним из ее товарищей. Ее долг — защищать их.

Джиллиан бросила пистолет в кобуру и подняла руки. Она сконцентрировала поток энергии, пока была в силах его сдерживать, а потом отпустила заряд. В момент удара кроган пинал ногами раненого кварианца. Несмотря на огромный рост, этого монстра оторвало от палубы и швырнуло в стальную переборку. Он тяжело рухнул на палубу, но попытался подняться, и в это мгновение Хендел скомандовал:

— Скорее! Убей этого ублюдка!

Джиллиан уже начала процесс генерации энергии. Пока Хендел и остальные стреляли в крогана, она заметила батарианца, пытавшегося под прикрытием барьеров обойти защитников с тыла. Сначала она приподняла работорговца на двадцать футов над палубой, а когда ошеломленный батарианец попытался шагнуть в воздухе, Джиллиан отпустила его.