Аудитория в зале Совета разразилась громкими криками, что вызвало суровую отповедь председательствующей азари. Ее голос, усиленный динамиками, перекрыл шум:

— К порядку! В противном случае мои солдаты очистят зал.

Голоса утихли, и тогда заговорила азари. В своей очень долгой жизни она уже достигла возраста матриарха и была известна своей рассудительностью. Голубоватая кожа на ее лице, казалось, светится изнутри.

— Примите наши извинения, делегат Майнар. Вы можете продолжать.

Кварианец согнулся в полупоклоне:

— Благодарю. Дело, которое мне поручено изложить, не представляет особой сложности. Никто не оспаривает тот факт, что моя раса ненамеренно навлекла на Галактику угрозу вторжения гетов, но нельзя забывать, что мы дорого заплатили за свою ошибку и продолжаем расплачиваться до сих пор. Члены Совета наверняка помнят, что много лет назад, в разгар мятежа гетов, нам было приказано закрыть свое представительство в Президиуме. И мы согласились с этим. Но с тех пор многое изменялось, и мы убеждены, что настало время для новых отношений. Поэтому я обращаюсь к Совету за разрешением вновь открыть в Цитадели кварианское посольство. В конце концов, свое представительство в Президиуме имеют даже батарианцы, так почему же Мигрирующий Флот должен оставаться исключением?

Его слова вызвали протестующий рев собравшихся, и председатель, верная своему слову, приказала солдатам очистить амфитеатр. Процедура заняла около десяти минут, и все это время кварианец стоял и ждал продолжения обсуждения. Затем начались серьезные дебаты, и стало ясно, что Совет расколот. Саларианец и землянин были склонны удовлетворить его просьбу, тогда как остальные члены Совета возражали.

После пятнадцати минут препирательств азари предложила компромиссный вариант:

— Я возражаю против возобновления работы кварианского посольства, поскольку это подразумевает существование легитимного правительства. А делегату Майнару еще предстоит доказать, что такой орган существует. С другой стороны, в его словах есть смысл. Я убеждена, что установление официальной связи, через которую кварианский флот может общаться с Советом, могло бы стать положительным фактором. Поэтому вместо посольства я предлагаю учредить консульство. Впоследствии, когда и если позволят обстоятельства, этот орган можно развить до статуса полноценного посольства.

Саларианец и человек выразили согласие с предложением азари, и турианцу осталось только хмуро выслушать благодарность кварианца Майнара. Посольства не будет, но шаги к сближению предприняты, и Флот останется доволен.

Следующий час для Андерсона, Кали и Ника тянулся очень долго. В конце концов, после трех выступлений, за ними пришла азари М’Лани. Андерсон поднялся, а Кали воспользовалась минутой, чтобы предупредить Ника:

— Оставайся здесь и будь наготове, ты можешь нам понадобиться.

Ник был занят игрой на инструментроне. В рассчитанной на биотиков головоломке не было средств физического контроля.

— Да-да, — пробормотал он, не поднимая головы. — А потом мы пойдем в «Куб». Верно?

— Верно, — согласилась Кали. — Пожелай нам удачи.

Кали и Дэвид вернулись на центральную лестничную площадку, а оттуда поднялись на Помост Просителей. Одно дело — наблюдать за происходящим на огромном экране, но совсем другое — стоять на возвышении и смотреть на членов Совета через пятьдесят метров пустого пространства. Крайней слева сидела азари. Рядом с ней расположился саларианец, а следом — турианец и землянин. Над креслами членов Совета светились пятиметровые голографические изображения их голов, позволяющие следить за выражениями лиц.

Андерсон, хоть и был в гражданском, стоял по-военному выпрямив спину и вытянув руки по швам. Его округлое лицо с оливковой кожей было напряжено.

Кали тоже когда-то служила в армии, но уволилась уже очень давно. Тем не менее она понимала, насколько важно произвести благоприятное впечатление, и старалась поддерживать зрительный контакт с членами Совета.

Первой заговорила азари:

— Приветствую вас, адмирал Андерсон и мисс Сандерс. Прежде чем заслушать ваше выступление, я хотела бы поблагодарить вас за проделанную работу. Кто из вас будет говорить первым?

— Я, — ответил Андерсон. — Как вам известно, мы с мисс Сандерс решили довести до конца расследование происшедшего в Академии Гриссома, и после подробного изучения материалов мы пришли к выводу, что к нападению причастны Жнецы.

— Жнецы? — насмешливо переспросил землянин. — Или «Цербер»? Мне проблема Жнецов кажется искусственно раздутой.

Андерсон был знаком с этим человеком и даже пытался склонить его на свою сторону до заседания, но не преуспел. Не надеясь на поддержку этого члена Совета, он старательно подбирал слова.

— В сущности, и то и другое, — сказал он. — Имеются сведения о том, что к моменту нападения на Академию Пол Грейсон, убивший нескольких сотрудников, являлся пленником «Цербера». По неизвестным нам причинам Призрак не стал уничтожать перебежчика. Известно, что Грейсон находился в заключении на космической станции и был подвергнут серии экспериментов, в результате чего оказался под влиянием Жнецов. Мы собственными глазами видели ту лабораторию. Трудно сказать, насколько сильным было влияние Жнецов на Грейсона, но определенно значительным.