Линдси кивнула и попробовала коктейль. О! То, что надо!

— Да, это он, — сказала она. — А я — Линдси Брукс, ведущая этого раздела.

У Карлы отвисла челюсть, а глаза стали большими и круглыми как… ну, как два бокала для мартини.

— Да… ты… что? Ты — это она? Девица из «Любовных писем»?

— Собственной персоной, — подтвердила Линдси с невеселой улыбкой.

— Так ты… психолог или психотерапевт? Потому что тогда я чувствую себя полной дурой, раз попросила поделиться твоими проблемами!

Линдси решительно покачала головой:

— Нет. У меня в колледже было несколько курсов по психологии, но я просто журналистка, которая… любила любовь, наверное. Это чувствовалось в моих первых статьях. Какую бы тему я ни освещала — пожар, грабеж, благотворительный вечер, — я всегда сосредоточивалась на отношениях тех людей, которые были с этим связаны, и включала их в статью, даже когда это было ни к чему. А мой шеф не стал меня увольнять, а предложил попробовать свои силы в современном разделе советов. Так и началась моя новая карьера.

Говоря это, она чуть повеселела, но моментально потухла, рассказывая о том, что только что добровольно прекратила вести раздел.

— Потому что хотя мои начальники и встали на мою сторону после того, что произошло с Гарретом, я просто почувствовала, что больше не могу продолжать туда писать. И вести блог тоже. Потому что как может женщина, чью любовную катастрофу обсуждают на первых страницах газет, давать другим людям советы, касающиеся любовных отношений? Меня просто засмеют! Да нет — меня уже и так засмеяли. Так что я просто приглашала бы людей смеяться надо мной еще громче.

— Погодите. Стоп! — вмешалась Клара. — Кто такой Гаррет? И в чем была катастрофа? И почему над вами смеются?

Точно — она забежала вперед. Может, это надо считать доказательством того, что ей действительно необходимо выговориться. Так что Линдси сделала большой глоток коктейля и рассказала Карле про свою задумку с фартуком и разорванную помолвку. Когда она дошла до фото, Карла отреагировала должным образом — возмущенно ахнув и гневно нахмурившись.

— И что было потом? — спросила Карла, набрав горстку арахиса из вазочки на стойке.

Линдси тоже съела немного орешков, а потом запила их глотком вкусного коктейля.

— Ну, на следующее утро я проснулась и поняла, что жизнь моя практически разбита. Ни свадьбы, ни замужества, публичное унижение… и получу ли я теперь работу — большой вопрос. Как я уже сказала, высокое начальство хотело, чтобы я продолжала вести раздел, но я сказала им, что просто не могу. Мне нужно время, чтобы во всем этом разобраться. И я решила, что мне стоит исчезнуть. — Она отхлебнула еще немного коктейля. Опьянение заставляло ее с каждой секундой говорить все откровеннее. Ссутулив плечи, она тяжело вздохнула. — Ах, кого я обманываю? Я сбежала. Испарилась. Приехала сюда, чтобы спрятаться.

Карла потрепала ее по руке.

— По-моему, вам нужен еще один «Космополитен», милочка.

Линдси заглянула в бокал. Неожиданно он оказался пустым. Как это могло случиться?

— Точно. Вы круто готовите «Космо».

Начав наполнять шейкер снова, Карла спросила:

— Но почему вы здесь? Я имею в виду — в Лосином Ручье? Откуда вы вообще узнали о том, что мы существуем?

— А! — отозвалась она, запрокидывая голову, и пояснила: — Милли Пиккет была мне двоюродной бабушкой.

Тут Карла снова ахнула, но на этот раз радостно.

— Милли? Мы все обожали Милли! Нам так ее не хватает.

Это заставило Линдси рассказать Карле про предложение относительно проката каноэ и как она от него отказалась, а теперь передумала.

— Кстати, вы, случайно, не знаете, кто его купил?

— Знаю, конечно. Все знают. Роб Коултер.

— Ну ладно. — Линдси почувствовала прилив решимости. — Завтра же разыщу Роба Коултера и уговорю продать его мне. И это станет большим шагом в нужную сторону — к восстановлению нормальной жизни.

Карла только изумленно заморгала, продолжая встряхивать шейкер.

— Э… Я бы на это не слишком рассчитывала.

Линдси упрямо выпятила подбородок:

— Это почему?

— Ну, это же его бизнес, Линдси. Он еще берется за строительство, но когда купил прокат, было видно, что он решил там осесть. Он даже живет в доме вашей родственницы: она все ему продала, разом.

И все же…

— Я умею быть на удивление обаятельной. Не сомневаюсь, что мы с ним сможем как-то договориться.