Сэмми дошла до того, что принялась чистить память в компьютере. Убила несколько папок со старыми и ненужными файлами. Обработала фотографии, до которых с прошлого года не доходили руки.

Закончив с компьютером, Сэмми перешла на старые фотоальбомы и разложила снимки в новом, более гармоничном порядке.

На пороге возникла Джейк. У нее было вопросительное выражение лица.

— Все сидишь?

— Сижу, — кивнула Сэмми.

— Как настроение?

— Без изменений. Почему тебя это интересует?

— Да так… Ты в последнее время странная, а что тебя беспокоит, рассказывать не желаешь.

— Ничего не беспокоит. Ничего.

— Ага. Именно поэтому ты словно потерянная. То напиваешься, то хандришь, то бесишься. То уборку затеваешь. Вот этим ты пугаешь меня больше всего, если честно…

Сэмми пожала плечами. Ей не хотелось ни о чем говорить.

— Съездим в магазин? — предложила Джейн.

— Я не хочу.

— А есть ты хочешь?

— Мм… да.

— Тогда собирайся. Поехали.

— Может, ты без меня? — Сэмми с надеждой взглянула на Джейн.

— Без тебя? Но ты говорила это в прошлый раз. И в позапрошлый.

— А что ты собралась покупать?

— Много всего. Я хочу приготовить фруктовый салат. И испечь блинчики.

— Можно взять такси…

— У тебя под окнами стоит машина, а я должна брать такси? — возмутилась Джейн. — Давай собирайся! Заодно купим какие-нибудь диски, посмотрим вечером фильм. Можно и журналов набрать… В кои-то веки у вас в городе плохая погода. Что еще делать? Только готовить десерты и смотреть новинки проката.

— Ладно. — Сэмми нехотя поднялась.

Не так уж и много продуктов Сэмми с Джейн набрали в супермаркете. Получилось всего пять пакетов. Когда они вошли в подъезд, Сэмми обратила внимание на свой почтовый ящик. Оттуда торчали уголки каких-то ярких конвертов. Сбросив пакеты на пол в прихожей, Сэмми сбегала обратно — вниз к почтовому ящику. Конверты были не подписаны. Сэмми терпеть не могла анонимок, но решила все-таки открыть письма и посмотреть.

Всего было пять конвертов — зеленый, голубой, оранжевый, фиолетовый и серебристый.

И в каждом из них находилась почтовая открытка.

Сэмми даже не видела таких открыток раньше. Бумага была плотной, шелковистой, на каких-то открытках — даже бархатистой. На нескольких открытках проступали водяные знаки — сердца, лилии… Открытки были изготовлены с добавлением натуральных засушенных цветов, соломы. На одной из открыток — вернее внутри — даже красовалась настоящая стрекоза.

— Ух ты! — воскликнула Джейн, появившись на пороге кухни. — Слушай, тебе их не жалко?

— Кого?

— Ну… всех этих бабочек, стрекоз…

Сэмми пожала плечами:

— Я об этом не задумывалась. Потом, они все равно быстро умирают. А на открытках имеют шанс сохраниться еще долго. И почему ты спрашиваешь об этом меня? Я их не покупала!

— Кто же их отправитель?

Сэмми вчиталась в текст.

Где-то были стихотворения, какие-то открытки были подписаны строчками в прозе. Отправителем везде значился Коннор.

— Кто такой Коннор? — с любопытством уточнила Джейн.

«Только этого не хватало…»

— Так… Один несостоявшийся клиент.

— Ты ввела ограничения в съемках? По каким признакам? Расовые, религиозные?

— Не говори глупостей. Просто он меня достал.

— Чем?

Сэмми снова пожала плечами.

— Вообще… У него странное чувство юмора. Скользкий тип. Воображает, будто ему все дозволено.

— Так-так… И что же ему было дозволено с тобой?

— Ничего!

— И его это не устраивает. А тебя?

— Лучше бы ты не была такой проницательной, — недовольно проворчала Сэмми.

Кое-как тему удалось замять. Сэмми переключила внимание Джейн на тесто для блинчиков, притворившись, будто умирает с голоду.

Сама Сэмми скрылась в кабинете. Там она еще раз перечитала послания. Общий смысл сводился к одному: Коннор очень сожалеет. Его поведение было необузданным. Непростительным. Очевидно, виной всему полнолуние. Переутомление. Позднее время, выбранное для мероприятия.

Стихи декларировали нежность и хрупкость той, в чей адрес были обращены. В прозе Коннор просил прощения. Он жаждал возможности повидаться и все исправить.