— Пять и десять, — неожиданно раздался у неё за спиной голос баронессы. — Пять амазонок и десять ящеров. Не хватает ещё двоих ящеров и пяти амазонок. Странное соотношение, — задумчиво проговорила она, оглядывая внимательным взглядом место побоища. — Тебе это не кажется странным? — вопросительно взглянула она на Машу. — Всего только пять безоружных амазонок перебили десять вооружённых ящеров.

— Мне бы больше хотелось знать, где Димкины жёны и ещё двое ящеров. В лагере оставалось двенадцать ящеров. Где ещё двое? — вопросительно взглянула она на десятника, стоявшего рядом с ней и с задумчивым видом рассматривающего разгромленный лагерь.

Ни слова не говоря, десятник ещё раз обвёл настороженным взглядом трупы убитых, а потом кивнул на плотно закрытую дверь пещеры.

— Там, — тихо выговорил он и, настороженно пригнувшись, стал осторожно приближаться к двери.

Медленно подойдя и подёргав за ручку плотно прикрытой входной двери, он неожиданно несколько раз громко бухнул в неё кулаком.

— Эй, — раздался из-за двери злой, настороженный девичий голос, как только он поднял руку чтобы ещё раз постучать. — Отойди, или стрелять буду?

— Открывай, или мы сейчас вышибем эту дверь, — ледяным голосом проговорила Маша.

— Это ты Маш? — неожиданно раздался из-за двери ещё один девичий голос. — А этих там нет? — настороженно спросил её всё тот же голос.

— Это кто из вас? — перебила её рассерженная Маша.

— Это я, Лия, — откликнулся всё тот же голос.

— Открывай! — рявкнула нетерпеливо Маша.

— А этих там точно нет? — продолжал всё тот же голос настойчиво допытываться у Маши. — А то нас слишком мало чтоб с ними справиться.

— Если немедленно не откроете, то за вас примется Изабелла, — пригрозила Маша, — а это для вас, паршивки, будет гораздо хуже.

Видимо последняя угроза Маши оказалась действенной, поскольку сразу же после этого запор с той стороны двери лязгнул и толстое дубовое полотно двери медленно, осторожно приоткрылось, показывая за ним настороженное личико одной из двойняшек, выглядывающей из-за полуоткрытой двери.

— Вторая где? — требовательно спросила Маша, глядя на неё сузившимися от гнева глазами. Впрочем, с мста она не тронулась, предпочитая быть подальше от творящихся здесь непоняток.

— Раненая лежит, — кивнула куда-то себе за спину, в глубь пещеры хмурая Лия. — Её эти, — замялась она, не зная, что сказать, — те, другие, из арбалета подстрелили, ещё в самом начале.

— Эти, это кто? — тихо спросил её ящер, который подошёл первым к пещере.

— Да эти, — снова, как-то непонятно передёрнула она плечами, — пятеро которые были.

— Ну и где они? — баронесса, подойдя к двери, спокойно отстранила её и прошла внутрь.

Выйдя оттуда и молча, пройдя мимо стоящей у двери, потупивший взор амазонки, даже не взглянув на неё, она подошла к Маше, так и стоявшей неподвижно возле костра и чётко, по военному, доложила:

— В пещере четверо. Все раненые, все без сознания. Два ящера и две амазонки. Одна близняшка, другая из той троицы, что я оставляла на прополку.

— Как только вы скрылись под землёй, — неожиданно подала голос Лия, — так те пятеро сразу же бросились на охрану. Я даже не знала, что подобное возможно. Они за пару секунд одними лопатами перебили чуть ли не половину охраны и если бы не та троица, что занималась прополкой, то и оставшихся, сразу бы положили.

— Что-то хвалёные имперские легионеры оказались слабоваты против обычных девчонок, — криво улыбнулась она. — Да и эти трое, что с прополки, недолго продержались. Одна только Варька и осталась, остальных двоих враз срубили. Как они лопатами вертели, — поражённо покрутила она головой. — Нас такому не обучали. Мы еле успели здесь запереться.

— Значит, двое ушли, — мрачно буркнула Маша, не дослушав до конца рассказ амазонки. — А сама то чего заперлась?

— Так они рвались к нам в дом, прям как озверевшие и только когда поняли, что с наскока дверь не вышибить, схватили вашу коляску и умчались в сторону гати.

— Белла, — Маша повернулась к баронессе и вопросительно посмотрела на неё. — А почему ты выделила из всех восьми амазонок только тех троих, что оставила на прополке?

— Как почему? — удивлённо посмотрела на неё Изабелла. — Да любому сельскому жителю прекрасно видно, что эти трое умеют обращаться и с мотыгой, и с лопатой. Все их ухватки и поведение говорят о том, что это сельские девчонки. А вот остальная пятёрка, явные горожане. Если когда и жили в селе, то сельским трудом никогда не занимались. Зачем таких держать на работах в саду. Такие хороши в охране обозов, или…, - баронесса неожиданно задумалась, а потом удивлённо посмотрела на Машу. — А вот нигде, кроме охраны, я их себе и представить не могу. Да и странные они какие-то. Внешне девчонки, девчонками, а повадки взрослых, уверенных в себе женщин.

— Они и у нас всегда держались особняком, — неожиданно подала голос Лия. — И эти, и иные.

— Что, — сразу насторожился ящер, были и иные?

— Ну да, — удивлённо посмотрела на него расстроенная амазонка. — Или ты что думаешь, что в амазонки идут только из деревни? Нет! У нас полно всякого разного люда. Даже из-за моря, порой, приезжают. Вот и эти пятеро были такими же, заморскими.

— Из-за моря, говоришь? — вопросительно посмотрел на неё ящер.