– Пусть Лилея падет к твоим ногам.

Вилдор шагнул к нему навстречу, как только тот, удовлетворившись моим смущением, обернулся к отцу. Мое сердце замерло, настолько его движение оказалось неожиданным. Но вопреки моим предчувствиям ясно говорившим о том, что жизнь Яланира висит буквально на волоске, руки ялтара с нежностью отца, испытывающего гордость за сына, легли на его плечи, притягивая к себе.

И если для талтаров, так же как и для меня, это оказалось сюрпризом, то приготовившиеся к переходу воины ответили на это воодушевленным рокотом.

– Я принесу Дариане эту победу.

Когда, освободившись от объятий, Яланир заговорил, в его голосе больше не было того безразличия, с которым прозвучало его приветствие. И взгляд уже не казался безбрежной пустыней, в которой не было ничего, кроме желания получить свое. Теперь эти глаза горели такой же, раскрашивающей серебро в алый цвет жаждой, что и у моего так называемого жениха.

– Вы принесете эту победу Дариане. Ты и воины, идущие вперед по твоему слову. И да благословит вас Хаос! И да одарит вас силой и мощью! – И не дав стихнуть слаженному ответу воинов, в котором в одно сливались имя ялтара и благословение Хаоса, резко бросил в сторону талтаров: – Открыть порталы!

И его приказ отозвался в мгновенно наступившей тишине голосом Яланира:

– Открыть порталы. Первая волна – вперед.

Я попыталась вздохнуть, но у меня не получилось. Застрявший в горле комок не давал мне дышать, а набежавшие на глаза слезы, которые я не могла сдержать, хоть и размыли четкость представшей перед моими глазами картины, но не смогли скрыть ее чарующей красоты, в которой был сокрыт ужас.

Серые контуры высветились над площадками. Черные квадраты, на мгновение замершие в скульптурной неподвижности, по команде, в едином порыве сделали шаг вперед, один за другим исчезая в клубящемся тумане.

– Мой ялтар, первая тысяча прошла, – подскочил к нам один из воинов, которые стояли чуть поодаль от нас и талтаров.

– Сколько сможете пропустить на одной смене накопителей?

И опять взгляд в мою сторону. Затем на Сэнара, и вокруг меня, словно отрезая стеной, опускаются щиты. Но не Вилдора – моего тера. И, судя по их мощи…

Если и третий в их юношеской дружбе обладает такими же талантами, то Дариане крупно повезло.

– Четыре. Северный район более нестабильный и требует больше энергии, чем горы Хорхаш.

Север… Я мысленно пробежала по карте, которую рассматривала, еще когда мы собирались на выручку прадеду. Человеческие земли.

– Хорошо, продолжайте отправку.

Воин замер, склонив голову, и через мгновение исчез, оставив после себя еще более усилившееся напряжение.

Четыре тысячи… потом еще четыре…

Демоны и драконы дерутся с даймонами на равных. Среди оборотней лишь самые сильные способны выйти один на один с чернокожими воинами. Темные эльфы… одному-двум придется отдать свою жизнь, в обмен ее на одного завоевателя. Еще хуже у светлых. И также с людьми.

Простая арифметика войны, от которой сердце трепещется в груди, захлебываясь кровью, которую плавит огонь ярости и выжигает безумие отчаяния.

Сарадин – город, в котором я встретилась с Валиэлем. Маленький Аншар, вылетевший нам навстречу из дверей таверны. Оказавшийся архимагом и герцогом Рамон, представившийся дежурным магом патруля. Дорога в Марлаш, бой с нечистью, полный страсти поцелуй, которому не суждено было перерасти в нечто большее… Альена.

Память усердно подбрасывали зарисовки из не столь уж и далекого прошлого. А действительность перекрашивала их в черно-красные тона, добавляя стоны, мольбу о помощи и запах крови, замешанный на дыме пожарищ.

– Мой ялтар, четыре тысячи. Мы закрываем порталы и меняем накопители.

– Талтар Яланир?

– Прошел со второй тысячей.

– Действуйте.

И вновь мы остаемся одни. Если, конечно, не считать тех, чьей службой является сохранение наших с Вилдором жизней.

Кровь стучит в висках, пульсирует на кончиках пальцев, обжигая их. Моя сила, недовольная тем, что ее заперли за щитами, бьется взбесившейся птицей, пытаясь найти лазейку в чужой защите.

Кристаллы накопителей, которые устанавливают рядом с портальными контурами, чуть слышно звенят, до краев наполненные магией, способной, повинуясь приказу, сдвинуть пространственные пласты, открывая дорогу сквозь границы миров. И это резонирует с моими силами, порождая желание сбросить все, что не дает расправить крылья, что не позволяет взметнуться, вздохнув полной грудью.

– Сэнар, – мой тер скользнул мимо, встав напротив Вилдора, – передай талтарам мое пожелание немедленно позволить принцессе Д’Тар покинуть базу. Ее силы реагируют на настройки накопителей, и ее мощь растет с каждым мгновением. Если они не хотят получить здесь развалины…

– Я сделаю все, как вы говорите, – короткий кивок, и Сэнар срывается с места.

А в моих ушах, словно заклинание, звучит одно и то же… Если они не хотят… хотят… развалины…

И я могла бы посчитать эти слова предостережением, если бы не то, что происходит внутри поддерживаемых Вилдором щитов.