— Кто— кто?.. — недоумевая, с легким раздражением в голосе спросил Алек.

— Ну… та… что вы уволили недавно… Уборщица Лора…

После секундной паузы в трубке отчетливо и размеренно зазвучали фразы, произносимые ледяным бесстрастным тоном:

— Перед вами стоит госпожа Лора Редфорд. Моя жена. Надеюсь, впредь ни вам, ни другим объяснять не придется, что входить в офис она может беспрепятственно в любое время.

— Хорошо… господин Редфорд… — пробормотал ошарашенный его словами, совершенно обалдевший Фил, во все глаза глядя на покрасневшую до корней волос Лору.

Она понимала, насколько нелепа сложившаяся ситуация. Как отчетливо и ясно понимала и то, что сразу же, едва она, Лора, скроется из поля зрения Фила, новость начнет распространяться с космической скоростью. Причем с той же скоростью эта самая новость начнет обрастать самыми немыслимыми подробностями и предположениями.

Поэтому Лора, чуть виновато улыбнувшись Филу, к которому всегда испытывала искреннюю симпатию, негромко пояснила:

— С господином Редфордом мы женаты без малого три года, Фил. Вот так.

— Три года?!! — окончательно потеряв самообладание от услышанного, выдохнул тот. — Но почему же тогда?.. — и моментально, с усилием взяв себя в руки, поправился: — Извините, госпожа Редфорд, за неуместные вопросы. Пожалуйста, проходите. Господин Редфорд ждет вас.

— И ты, Фил, извини, что все так… неловко получилось… — тихо и раскаянно произнесла Лора и повторила: — Извини, Фил. Пожалуйста, извини…

Потом, заметно погрустнев, опустила голову и медленно направилась к лифту.

Фил озадаченно посмотрел ей вслед, пожал плечами, затем долго сидел с задумчивым видом, строя различные предположения и догадки о непонятных супружеских отношениях и причудах Лоры и Алека Редфордов.

А Лора, двигаясь по длинному коридору, думала о том, что, наверное, не стоило соглашаться на встречу с Алеком в офисе. Во всяком случае, сегодня. Да и в ближайшее время. Все вокруг… и особенно деловой холодный тон Алека лишний раз напомнили о «господине Редфорде». И сразу сердце как будто сжало острыми колючими тисками, в душе появилась пустота и чувство отторжения и неприятия. А ведь Лора со вчерашнего дня старательно и упорно заставляла себя забыть, забыть, забыть все, что когда-то было связано с «господином Редфордом», убеждая себя, что теперь рядом с ней, Лорой, муж. Просто муж. Алек. И вот теперь, как только она вновь попала в знакомую до боли обстановку, все усилия в одно мгновение были перечеркнуты.

Настроение Лоры не изменилось даже тогда, когда Алек, нетерпеливо ожидавший ее, выскочил в коридор и устремился навстречу, радостно и открыто улыбаясь. Лора, подавляя собственные чувства, с некоторым усилием ответно улыбнулась, но дальше вела себя все же отстранено и отчужденно, хотя и старалась не показывать своих истинных чувств. Наверное, ей удавалось быть убедительной в своей роли и вводить Алека в заблуждение, потому что, как ей казалось, Алек ровным счетом ничего не замечал.

Ее бы очень удивило это, но она ошибалась. Алек прекрасно уловил ее настроение. Но посчитал, что Лора смущена новой для нее ролью жены и хозяйки. Он понимал, что требуется время, чтобы привыкнуть и к теперь уже семейным, нормальным, супружеским отношениям, в том числе, и интимным; и друг к другу, в качестве полноценных и полноправных мужа и жены. Вряд ли единственная ночь, проведенная вместе, объединила их настолько, что он и Лора стали абсолютно близкими родными людьми. Это было ясно. И вполне объяснимо. Так сразу сбросить со счетов всю цепь предыдущих, своеобразно развивающихся, ошеломляюще-внезапных событий и изменить сложившиеся в связи с этим непростые запутанные отношения было невозможно. Поэтому Алек не придавал особого значения необычному для новобрачной поведению жены, стремясь изо всех сил преодолеть те преграды, которые разделяли его и Лору.

Реклама, наконец, завершилась, и начался увлекательный психологический детектив. Лоре нравились такие фильмы, и она с интересом погрузилась в перипетии сюжета.

Вошедший Алек поочередно оглядел родителей, сидящих с сосредоточенными лицами в креслах прямо перед телевизором, затем посмотрел на Лору, подошел к ней и устроился рядом.

Какое-то время он взирал на экран, потом придвинулся вплотную к жене, обнял ее одной рукой за плечи, другой сжал узкую ладошку в своей ладони и, чуть наклонившись, иронично прошептал:

— Что же такое интересное показывает телевидение?

— Детектив, — не отводя взгляда от экрана, пояснила Лора и немного отстранилась.

Алек улыбнулся. Спустя несколько минут с мягкой настойчивостью снова притянул Лору к себе, уткнулся лицом в пушистые волосы и проникновенно, у самого ее уха, едва слышно произнес:

— Лора… да ну его… этот дурацкий детектив!..

Она вновь слегка отпрянула и быстро возразила:

— Он — не дурацкий, а очень даже интригующий.

— Да — а?..

Терпения тупо и бессмысленно взирать на экран у Алека хватило ненадолго. Сбоку пристально глядя на Лору, он поднес к своим губам ее руку и чувственно и пылко принялся целовать один за другим изящные тонкие пальчики.

Лора сразу же отвлеклась от фильма, слегка покраснела и попыталась убрать руку. Но Алек, лукаво улыбнувшись, отрицательно покачал головой и, заметив, что Лора собирается что-то сказать, многозначительно указал глазами на сидящих впереди родителей, которые с неподдельным интересом следили за происходящими на экране событиями.