Гоббс. Куда уносит?

Вольф. В море.

Гоббс. Что нам теперь делать?

Вольф. Сидеть спокойно и ждать, пока рассеется туман.

Гоббс. А если он не рассеется всю ночь?

Вольф. Рассеется на другой день. Опасности пока я не вижу… Если, конечно, не поднимется буря и не лопнет якорная цепь.

Гоббс. А если поднимется? Если лопнет?

Вольф. Ну, тогда через день-через два нас кто-нибудь подберет.

Гоббс. Это же ужасно.

Вольф. Ужасного, положим, ничего нет. Правда, нам несколько неприятно общество друг друга.

Гоббс. Но понимаете ли вы, в каком положении оказываюсь я?

Вольф. Конечно… Потому что я в таком же положения.

Гоббс. Вы? Для вас это ничто. Вы ко всему безразличны.

Вольф. Простите, не ко всему. Не ко всему, хотя бы потому, что на свете встречаются такие глаза, отражаясь в которых, видишь себе хорошим, хорошим. И как знать, может быть, за эти два дня я поверил в свое отражение…

Гоббс. Извините, я не понимаю вас. И не разделяю вашего мнения.

Вольф. Вы, наверно, вообще не разделяете чужих мнений… (Весело.) Но, может быть, еще ничего не случится. Туманы исчезают так же быстро, как и появляются. И если нас не унесет далеко, мы вернемся на шлюпке. А пока нам следует разумно использовать время. Что вы скажете относительно горячих котлет и кофе?

Гоббс. Спасибо. Я действительно голодна.

Вольф. Море у меня всегда возбуждает аппетит. (Ставит па плиту сковородку.) Сковородка — на плите, уголь — тут, остальное найдете сами.

Гоббс (изумленно). Я?

Вольф. Конечно. Вы приготовите еду, я тем временем займусь судьбой яхты.

Мисс Гоббс поворачивается к нему спиной.

Таким способом вы не приготовите себе обеда.

Гоббс. Я и не собираюсь. Мне уже не хочется есть.

Вольф. Но мне хочется.

Гоббс. Сковородка — на плите, уголь — тут, а все остальное вы найдете сами.

Вольф. Следовательно, вы отказываетесь от своей доли работы?

Гоббс. Я отказываюсь заменять вам служанку.

Вольф. Хорошо. Я отказываюсь заменять вам матроса. Туман так туман. Уносит, так пусть уносит. Если вы не хотите приготовить обед, не буду стараться выбраться к берегу.

Гоббс. Вы хотите воспользоваться своим преимуществом и свалить на меня неблагодарную, черную работу. Эх вы, современный рыцарь!

Вольф. А вы хотите, чтобы я делал то, что не можете вы, и то, что вы можете, тоже бы делал я? Эх вы, современная девушка. (Встает) Я иду повесить сигнальные огни и приготовить кливер. (Уходит.)

Гоббс. Болтун… (Идет к плите и с ожесточением разжигает ее) Надеюсь, что ему будет плохо после этой еды…

Входит Вольф. Гоббс возится на коленях около плиты.

Гоббс. У вас нет другого, кроме этого поломанного, совка?

Вольф. Хо! Весь день помнил, что надо что-то купить… Я вам сейчас помо… (Удерживаясь. В сторону) Не буду помогать…

Гоббс. Так что же, я руками должна брать уголь?

Вольф. Женские руки существуют не только для поцелуев. (Ставит кувшин) Не позабудьте о молоке… Вот оно. (Уходит.)

Гоббс. Если бы я сама не хотела так есть, я бы пережарила, превратила в уголь эти котлеты. Гм? Я готовлю обед мужчине. Я разреветься готова, если бы не боялась, что это ему доставит наслаждение… (Что-то ищет в шкафу) Мистер Кингсерл…

Голос Вольфа. Алло…

Вольф появляется.

Гоббс. Где кофе?

Вольф. Неужели его нет? (Спускается) Вчера еще его было так много… (Находит банку) Вот.