— Нет, не постараемся, мисс Магуайр. Завтра в десять утра вам надо быть в суде.

— Ладно, Дэйв, — смиренно сказала Триш.

Закончив разговор с Дэйвом, она тут же позвонила Анне — предупредить ее о новом повороте в истории Деб, затем Джорджу — сказать, что в Саутуорк она вернется поздно, и напоследок отцу — узнать, как он себя чувствует и не нужна ли ему помощь. Успокоившись насчет всех троих, она вернулась к работе над завтрашним делом. Начиная с первого года своей адвокатской практики, Триш Магуайр ни разу не приходила в суд недостаточно подготовленной. Она до сих пор помнила об одном унизительном фиаско и знала, что не забудет о нем уже никогда.

Пару часов спустя она вышла из конторы и только тогда поняла, какая на улице стоит жара. В темных старинных зданиях, где работали барристеры, почти всегда было сыро и прохладно — прогревались они только ближе к концу лета. В окна комнаты, где сидела Триш, прямые солнечные лучи не попадали вовсе, и она довольствовалась грязно-серым светом из обложенного кирпичом окна-колодца. Солнце уже скрылось за зданиями, но земля успела прогреться так сильно, что жар поднимался от тротуаров и обдавал лицо. Триш подумала, не пойти ли домой пешком, а затем заметила свободное такси. Проявив слабость, она подняла руку, а когда уже садилась в автомобиль, решила, что усталость вполне ее извиняет.

Джордж встретил Триш высоким бокалом ледяного коктейля и почти силой уложил на самый удобный диван. Она скинула туфли и подумала, что надо набраться сил и вылезти еще и из чулок. Однако на чулки сил уже не осталось. Джордж сказал, что ему надо закончить с ужином, а Триш откинула голову на пурпурные диванные подушки и почувствовала, как их мягкое нутро как будто впитывает тупую боль в затылке. Из кухни доносился голос Джорджа. Он рассказывал о том, как провел день, и с кем разговаривал, и какой у него прогресс по текущим делам.

Триш слушала его и, наверное, при необходимости смогла бы даже пересказать некоторые из новостей Джорджа, и все же было так приятно пропускать их мимо ушей, почти не сосредоточиваясь. Ее глаза закрылись. Джордж говорил размеренно, и его сильный голос оказывал тот же эффект, что и медицинские аппараты в отделении интенсивной терапии, — вселял уверенность, успокаивал. Раз он здесь, Триш могла расслабиться, отдохнуть…

Примерно через час она открыла глаза и увидела, что Джордж с улыбкой смотрит на нее поверх газеты.

— Привет, соня.

— И тебе привет, — ответила Триш и, моргнув, осталась лежать на диване, потому что шевелиться совсем не хотелось.

Затем облизала сухие губы и сморщилась.

— Я забрал у тебя стакан, когда ты чуть не полила себя коктейлем, — сказал Джордж. — Ты есть хочешь?

Триш немного подумала и, моргнув, кивнула:

— Вроде да.

— Вот и отлично, потому что у меня уже готова пара отличных артишоков с новым соусом. Сейчас четверть одиннадцатого. Если ты не поешь сейчас, то не поешь уже никогда. У тебя ведь никаких подкожных запасов нет.

Триш встала с дивана и наклонилась над Джорджем, чтобы поцеловать его в благодарность за терпение, за приготовленный ужин и просто за то, что он рядом.

К тому времени когда Каролина добралась до дома, она так вымоталась, что едва держалась на ногах. Джесс уже спала. На кухонном столе Каролину ждала тарелка со здоровенным куском пирога с сыром и спаржей, а в холодильнике стояла миска салата с запиской, которая гласила: «Съешь меня».

Каролина сняла пленку с пирога и стала есть его прямо руками, запихивая куски в рот, чтобы поскорее заглушить голод. Затем быстро приняла душ и юркнула в постель, уже мучаясь от несварения желудка.

Джесс спросонья потянулась и прикоснулась рукой к плечу Каролины. Затем, не открывая глаз, улыбнулась и подвинулась немного поближе. Каролина лежала в душной темноте, высунув ноги из-под покрывала, и старалась успокоиться и заснуть.

Все участники последнего дела проплывали под закрытыми веками, точно привидения, и каждый из них напоминал, что Каролина должна срочно помочь Фемуру. После предыдущего дела начальство чуть не стерло его в порошок. Сью уехала неизвестно с кем, что еще более усугубило ситуацию, и Каролина боялась, что Фемур вот-вот может сорваться.

Сейчас ей следовало держать Стива Оулера в стороне, чтобы молодой констебль по возможности не заметил, в каком состоянии находится шеф. И разумеется, она должна найти ниточку, которая привела бы их к убийце Малкольма Чейза или по крайней мере к тому, кто заплатил наемнику. Каролина считала отвратительным, что люди заказывают чье-то убийство, как товар по почте, однако поставщик в данном случае заслуживал большего наказания, чем заказчик. Как и в случае с наркотиками, когда охотиться следовало за наркоторговцем, а не за его покупателем. Или за клиентом проститутки, а не за самой проституткой. Во всяком случае, так считала Каролина.