Схема 2. Оборонительные рубежи на московском направлении. Лето-осень 1941 г.

Дот в Оленинском районе Калининской области. 1980-е гг.

Дот в Оленинском районе Калининской области. 1980-е гг.

Дот на ул. Новой в п. Селижарово Калининской области. Послевоенные фотографии

Немецкие войска использовали проходившие по территории выступа сооружения ржевско-вяземского оборонительного рубежа, который строился летом и осенью 1941 г. и был готов к началу октября 1941 г. на 40–50 %. В Сычевском районе Смоленской области этот комплекс оборонительных сооружений получил название «линии Сталина». Укрепления рубежа не были использованы советскими войсками при отступлении (схема 2), и на территории, например, современной Тверской области доты местами до сих пор стоят в целости и сохранности. Использование их противником иногда было совсем неожиданно для командования воевавших здесь советских войск. Так, например, в докладе о боевой деятельности частей 39-й армии Калининского фронта в январе 1942 г., когда армия продвигалась к Сычевке по немецким тылам, для ее командования было неожиданностью, что «враг использовал укрепленную полосу, подготовленную и построенную нашими частями в период осеннего отхода, о наличии которой армия не была поставлена в известность. Эта укрепленная полоса имеет доты и дзоты. Противник, опираясь на эти оборонительные сооружения, значительно усилил сопротивление…». Это же было и в 1943 г. при отступлении вермахта с ржевско-вяземского плацдарма. Справедливости ради надо отметить, что в 1942 г. эти оборонительные сооружения использовали и части 29-й и 39-й армий.

Дот на наб. Кирова в п. Селижарово Калининской области. Послевоенные фотографии

Таким образом, в первой половине 1942 г. перед Москвой был создан оборудованный плацдарм немецких войск, который командование вермахта, планируя использовать для наступления на центральном стратегическом направлении Восточного фронта, постоянно укрепляло и упорно удерживало весь 1942 г. Для того чтобы устоять под натиском войск Западного и Калининского фронтов в 1942 г., командование вермахта сосредоточило на центральном участке советско-германского фронта, в том числе в районе выступа, до трети всех сил, находившихся на Восточном фронте (таблица 1).

В разное время от половины до двух третей группы армий «Центр», сосредоточенной на центральном участке, находилось в ржевско-вяземском выступе. Генерал Х. Гроссман, бывший командир 6-й пехотной дивизии, воевавшей в районе Ржева, перечисляя войска 9-й полевой и 3-й танковой армий, действовавших на выступе – «Truppen im Raum Rshew», – называл 42 пехотные, танковые, СС, авиационные дивизии. Современный немецкий историк К. Затлер, включая соединения 4-й пехотной и 4-й танковой армий, фиксирует уже 57 пехотных, моторизованных, танковых, СС, авиационных дивизий, которые с января 1942 г. по март 1943 г. действовали в районе «Br"uckenkopf Rshew» (ржевского плацдарма).

Таблица 1

Численность войск Германии и союзников (по данным советских источников)

Эти цифры наглядно демонстрируют, какое большое значение придавало командование германской армии центральному направлению и удержанию ржевского плацдарма даже в то время, когда основные военные действия разворачивались на южном участке фронта.

В советской периодике военного времени приводились слова немецких генералов из немецких газет и листовок. Они называли ржевско-вяземский выступ «трамплином для прыжка на Москву», «пистолетом», приставленным к сердцу России – Москве.

В начале августа 1942 г. в дневнике Ф. Гальдера, начальника Генштаба сухопутных войск Германии, Ржев и Сычевка назывались «главными опорами нашего наступления на восток». Но уже с середины августа оценка значения плацдарма изменилась. В солдатской газете, выходившей на Восточном фронте и печатавшейся в Ржеве, город назывался «краеугольным камнем немецкой линии сопротивления», «засовом».

В конце 1942 г. в обращениях к немецким солдатам по радио говорилось, что Ржев – это «неприступная линия фюрера» и «потеря Ржева равносильна потере половины Берлина», Ржев назывался «трамплином для русских на Берлин». При отходе немецких войск из города в марте 1943 г. А. Гитлер захотел лично услышать взрыв волжского моста в Ржеве. Беспристрастным фиксатором огромного внимания высшего немецкого командования к событиям на ржевско-вяземском плацдарме является «Указатель географических названий» к книге военных дневников Ф. Гальдера, где говорилось о военных действиях на территории Советского Союза. Здесь указывается, что вместе с Москвой, Ленинградом, Севастополем, Кавказом, Африкой и несколькими другими названиями Ржев и Вязьма упоминаются «по всей книге». Следует отметить, что, кроме слов из директивы Гитлера, приводившихся выше, и дневниковых записей Гальдера, все остальное – образцы немецкой пропаганды.

Руководство Советского Союза, командование Красной Армии, безусловно, видели незаконченность декабрьского 1941 г. наступления, сознавали огромную опасность крупной группировки противника вблизи Москвы. Весь 1942 г. здесь было сосредоточено более трети всех сил и средств Красной Армии, воевавших против германских войск.

Эти мощные силы весь 1942 г. вплоть до марта 1943 г. пытались уничтожить крупную вражескую группировку, стоявшую на подступах к столице.

Таблица 2

Количество сил и средств Красной Армии на западном стратегическом направлении в % к их количеству на советско-германском фронте [3]

Наличие крупной вражеской группировки и ее мощного плацдарма на подступах к столице советского государства заставляло руководство Советского Союза, командование Красной Армии в течение 15 месяцев проводить операцию за операцией, чтобы ликвидировать опасность, угрожавшую Москве. Правительство фашистской Германии, верховное командование вермахта, в свою очередь, не хотело расставаться с очень удобным плацдармом в центре Восточного фронта, всеми силами и средствами пыталось его удержать. В жестокой схватке в пространстве Вязьма – Гжатск – Ржев – Белый сошлись войска Западного и Калининского, а иногда и соседних фронтов с одной стороны и войска немецкой группы армий «Центр» с другой стороны. Здесь, в районе ржевско-вяземского выступа, противостояли и противоборствовали люди, техника, теория и практика военной науки. Интерпретировать это противоборство как бои или битву – наша задача.