Вишнёв Дмитрий
Шрифт:
— Туда же, куда и меня. Чего я здесь забыл? Наваждение. А вы, случаем, не акробаты? Скушно у нас.
— Увы, но кое-какие фокусы знаем.
— Это и мы умеем — сами убедитесь… Значит, к святым обителям?
— В храм Атланов, — уточнил весовит, внимательно изучая крепыша. Тот быстро отвел глаза с мелькнувшим странным выражением и тут же приветливо улыбнулся, ощерив кривоватые зубы.
— Тогда вы малость заплутали. Не погостите ли у нас?
— Охотно, — чопорно поклонился Ратмир.
— В таком случае не отставайте. И опустите самострел — не то попортите мой камзол. Было бы обидно.
Он развернулся и пошел вниз в расступающуюся темноту. «Паломники» переглянулись и двинулись следом.
— Зачем в гости? — горячо зашептала охотница. — Пусть проводит в храм. Ведь спешим.
— Разве? А провиант, оружие, факелы? Отдохнем в конце концов.
— Не нравится мне провожатый.
— С маленьким народцем надо всегда держаться начеку, тем более в их логове.
Агния вздохнула и замолчала, почувствовав под ногами ряд ступенек. Штольня уже не понижалась, расширилась и как-то неожиданно превратилась в туннель, освещаемый прикрепленными к стенам гнилушками. Шаги гулко разносились под крутыми сводами, навстречу никто не попадался, хотя чудились насмешливые взгляды, шорохи, шепот. Ей стало казаться, что весь мир навсегда превратился в пустой бесконечный холодный туннель.
Они вошли в неожиданно открывшуюся в стене узкую щель и оказались в другом, более широком, со множеством закрытых дверей, из-за которых доносились голоса, песни, звон посуды и оружия.
Маленький проводник толкнул одну из них и, полуобернувшись, улыбнулся одними губами:
— Вы в Подгорье, запретном для чужих, но не бойтесь, я с вами.
— То-то и страшно, — буркнул весовит, взял девушку год локоть и шагнул через порог. Перед ними оказался задымленный освещенный факелами зал, где, ухмыляясь, смеясь и крича под неистовую музыкальную какофонию прыгали толпы коротышек в разноцветных вычурных одеждах. Вдоль стен стояли грубо сколоченные голы, за которыми и под которыми располагались пирующие. В углу виднелась огромная бочка — и такая же внушительная очередь жаждущих с кружками. Множество бородатых лиц повернулось к вновь прибывшим — и пиликающая музыка внезапно прекратилась, сменившись угрожающим молчанием.
— Ты кого привел, Флип? — пропищал удивленный голосок.
— Пилигримы в храм демонов, — пояснил провожатый. — Накормите и напоите их.
За столом приветливо загалдели, потеснились, освобождая места на лавке. Путешественники не заставили упрашивать. В мисках дымилось мясо, желтели куски сыра, пестрели овощи и фрукты. Музыканты вновь заиграли разудалую мелодию, которая сама тянула в пляс. Вина девушка не хотела, но, уступая назойливости Флипа, чуть-чуть пригубила из бокала — и даже от этого закружилось в голове. От обильной закуски она приятно согрелась, расслабилась и осоловело разглядывала веселящихся — при всей своей внешней грубоватости, вероятно, благожелательных и безвредных. Опасность пока миновала, почему бы не отдохнуть? Она усиленно моргала, прогоняя сон. Думать было слишком трудно, удавалось лишь кое-как реагировать на происходящее. Рядом, уронив голову на стол, храпел весовит. Тихо, почти шепотом звучала песня:
— Мы управляем царством тьмы, Где прячется руда. Здесь властелины только мы, А люди — никогда. И нечисть тоже не ходок В подземные дворцы. Мы копим золото в мешок, А платину — в ларцы. С врагами медлить не с руки — Суд справедлив и скор: Пусть сгинут злые чужаки Среди подземных нор. Пускай они, забыв дела, Спят непробудным сном. В пещерах, где извечна мгла, Хозяин — только гном.Зал карусельно вращался, гомон уменьшился. Голоса бормотали, убаюкивали, монотонно гудели — и вдруг Агния вздрогнула — слова попадались знакомые по волшебным книгам и обозначали… Проклятье! Ее зачаровывали. Она стиснула зубы и туго выплюнула нейтрализующее заклинание. Сознание прояснилось, окружающее снова стало рельефным. Музыка уже не взвизгивала. Все гномы — сидящие и стоящие — пристально смотрели на нее, сжимая дубины и топоры. Лица искажали гримасы ненависти и торжествующие ухмылки, от прежнего бесшабашного веселья не осталось и следа. Агния растерянно пошевелила онемевшими руками — связана. Сотник тоже. Вот и обещанные фокусы!
— Выспался? — осведомился Флип, сидящий напротив и глядящий на нее горящими фанатичными глазами. — Твое колдовство могуче, но не против заговоренных веревок.
Злобные карлики дружно захохотали, размахивая оружием.
— Значит, паломники? А почему у тебя физиономия демона и перстень их прислужников? А отчего вас пропустили отверги и чудовище лабиринта? И как нашли лаз туда? — его голос звучал все громче и пронзительней. — Вы шпионы Черного ромба и немедленно умрете. Молитесь.
— Это ошибка, — прошептала она непослушными губами. — Отверги специально пропустили нас в западню. А мы действительно направляемся в храм.
— Или оттуда — за нашими богатствами. Довольно лжи. Убейте их.
Пигмеи радостно взревели, взметнулись топоры и дубины… Она зажмурилась.
— Прекратить, — произнес знакомый уверенный голос. Охотница разлепила веки и удивленно воззрилась на неслышно вошедшего приземистого гнома с осанкой имеющего неограниченные возможности и власть. Его глаза бледно мерцали из-под белесых ресниц.
— Здравствуй, Фиорн, — прошептала она.
— Во всяком случае отменно выспался, — ухмыльнулся весовит, когда они втроем уединились неподалеку от пиршественного зала — в комнатенке, стены которой разнообразились красочными фресками и развешанным оружием, а на каменном столе ярко пылал светильник.