Подошли, поставили инструмент в угол, сели рядом на тёплое бревно, подкаченное вплотную, и прижавшись головой к стене, Катя поведала свою недавнюю историю.

– Я поняла потом, почему здесь поселится никто не мог. Пытались многие, бабушка рассказывала. Председатели, начальники... Место красивое здесь. Алчность заиграла, построить хоромы на зависть всем! Развернуть хозяйство... А тут место чистой любви! Устроено с любовью и жили в любви люди. Не только друг друга любили. Всё вокруг! Жизнь любили! Ведь, нельзя любить что-то одно. Если любовь живёт с тобой, - всё любишь! Если человек говорит, что любит что-то, а другое ненавидит, - он лжёт. Не любовь это! Я недавно поняла... Тут всё понятно становиться. Просто чувствуешь, что это так, а это так. И нечего рассуждать, всё понятно.

Вот и не пустила любовь завистников, а потом слухи поползли, что тут дух какой-то, заколдовано место...

А как Кирилл рассказал мне про Никитин овраг, когда мы шли обратно, мне так жаль стало! Я чувствовала, они любили друг друга! А как он сказал, что её Екатерина звали... Ох!.. Я тогда как крикну внутри себя!!

«Ну придите же! Придите сюда! Посмотрите, как прекрасно всё здесь!»

Так захотелось, что б они были рядом! Посмотреть на них, и, что б сейчас они тоже жили! Понимаешь? А на это место пришли, вернее, Кирилл привёл меня, - всё! Как наполнилось что-то! Засветилось будто место! Я ходила тут, головой крутила, сказала, что хотела бы иметь такое место... Вот тогда он спросил: - « ... Хочешь, я тут домик построю?» Я, просто!.. Ну, слов нет!..

А он взял, и на следующий день, заявление на эту землю написал! Он мне всё отдал, всё подарил! Вот и живёт здесь любовь, и наша с ним тоже... Всё слилось! – улыбалась Катя, глядя на высокие верхушки темных лип.

– Вот, теперь Никитка! – погладила себя Катя по животу, расставив колени, - скоро увидит солнце и папу!

Ольга шмыгнула носом, мотала медленно головой, глядя себе под ноги.

– Наверное, здесь был рай... – медленно, задумчиво произнесла она.

– ...Да. Жаль, вырубили всё тут, одни липы оставили... А дом наш. На старом фундаменте стоит. На том же месте! Кирилл сказал, что фундамент должен остаться, а я взяла проволоку у бабушки, толстую, пришли мы сюда... Я думаю, - так! Где бы он мог быть? И давай проволокой в землю тыкать, потом наткнулась на твёрдоё!.. Рядом – тоже, и тут, и тут!..

Кричу Кирилла, он лопатой дёрн снял, а там кирпич! Потом ещё поискали, направление обнаружили. Расчистили... А на следующий день, папа с мамой приехали за мной. Билеты покупать...

Ольга слушала, рассеянно улыбаясь.

– Где же такое место найти?.. – смотрела не мигая меж лип.

– Но это место, сначала тоже обласкал кто-то.

– Что я одна могу?..

– Сначала одна, не сразу всё...

– За свои ошибки страдаю...

– Не страдать надо! Создавать! От страданий сад не вырастет! И страданиями семью не создашь, страдание – счастье не приносит!

– ...Красиво ты говоришь!

– Разве говорю только?..

Ольга улыбнулась чуть, вздохнула. Зажмурилась на солнце. Медленно поднялась с бревна.

– Надо докопать грядочку, - улыбнулась Кате, - пошли?!

– Пошли... Ой, дай руку!

– Ну вот, кто сломал, а? Кто сломал? – быстро подошёл к сломанной сосенке Антон.

– Ну ведь, говорил, ведь, говорил! Всё сохранить! Не ломать! Не мусорить! Всё как есть оставить, кусты не трогать! А?

– Так, неудобно, Алексеич, брёвна длинные... Обходить что ли?..

– Обходить! – почти крикнул Антон, - я вам плачу за это!

Антон обвёл взглядом стоящих полукругом мужиков, посмотрел в лицо каждому. Кто закатил глаза в сторону, кто ухмылялся себе под нос, кто-то сопел обидой. «Не понимают! Не надо кричать!» – подумал он. «Считают чудаком меня, думают с жиру, мол, бесится».

Антон присел на корточки. Вытер руки о снег.

– Ребята, поймите, там окна в витринах, каждый день моют, бумажки с брусчатки собирают. Там всё чисто. Но чистота эта – ну! Как, вам сказать! Выхолощенная, ну, не натурально всё! Понимаете! Они не представляют уже, как в природе всё! Само! Вот ямка эта! Болотце, вот осока торчит! Там засыплют сразу! Чтоб ровно было! Понимаете! Вот сосенка эта посредине! Там нет посредине, всё, чтоб в рядок! А она вот выросла здесь и всё! И пусть! И всё – так!

Кусты вон! Не надо трогать! А там подрежут сразу, выровняют! У нас всё тут натурально! Вон леса какие! Нет мостика, так по бревну. Там бац! Сразу мостик! И дорожку асфальтовую. Так они всё и повывели! Ничего не трогать! Сажать будем! Палисады! Цветов надо! Кто тут, понимает в этом? Может жена у кого цветы любит?

Мужики переглянулись, ухмыляясь. Один крякнул, улыбнулся.

– Да у меня сажает всё... Ходит, гладит... только простые, не разные, сортовые.

– Простые! Простые! Вот как растут везде, в садах у всех, или сами... Вот такие! Поймите! Люди за романтикой приедут, естеством полюбоваться! Вот пусть подойдёт завтра, я уеду сейчас! Мужики! Не только для них! Они приедут и уедут, а нам здесь жить! В красоте жить или в грязи. Ну!..

И ещё! Вы не думайте, что я раскидывать деньги буду просто так! Дело нужно делать! Быстро и аккуратно! Понятно?

А сосну эту, кто сломал? Другую посадите! Как хорошо стояла... – развернулся Антон, что бы уйти к машине.

– Алексеич! – окликнул его дядька Василий, - тут парень к тебе, на работу просится!

Парень оторвался от группы мужиков, подошёл поближе. Поздоровался.

– Чего умеешь? – спросил Антон, вместо приветствия, - права есть? – спросил опять не дождавшись.