его брат.

– В бальном, – спокойно ответил Фред.

– Так мы не в ту сторону, – затормозила я.

– Ага, – усмехнулся он.

Мы развернулись и уже все дружно, вчетвером, побежали к бальному залу. Стук ботинок

об пол раздавался по всему коридору.

– Мадам Рул, можно? – спросил Фред, первым вбежавший в зал. Я влетела ему в спину, следом за мной в зал завалились Оливия и Оливер. Я шагнула из-за спины Фреда.

– Вы впервые открываете бал, и позволяете себе опаздывать? – разозлилась учительница.

Я обратно спряталась за спиной Фреди.

– Простите, мадам. Это больше не повторится, – извинился он.

– Быстрее проходите.

Мы сели на свободные стулья в углу огромного зала. Эта комната находилась в центре

школы, но несмотря на это в ней было много окон, выходящих на передний сад школы.

Зал был украшен высокими колонами, подпирающими потолок. На узорчатом белом

потолке в центре висела огромная хрустальная люстра. «Если она упадет, то прибьет всех.

А падать она будет очень быстро», – сразу же увидев люстру, подумала я. Умирать в

бальном зале мне не хотелось, и я отодвинула ногами стул, на котором сидела, подальше

от центра. Это, конечно, все равно бы меня не спасло, но мне стало легче.

– Здесь будет бал проходить? – спросила я, нагнувшись к Оливии, сидевшей впереди.

– Нет. Здесь вся школа не поместится, ну, если поместится, то некуда будет ставить елку.

Я облокотилась на спинку стула и еще раз осмотрела просторный зал. Это какая огромная

елка должна быть, чтобы не вместиться в этой комнате вместе со всеми учениками?

– Когда объявят класс, – начала учительница, и ее голос раздался эхом по бальному залу,

– вы выходите парами друг за другом, по порядку: шестой курс, пятый курс, четвертый

курс и третий. Растягивайтесь по всему кругу. Вам нужно будет тремя классами вместиться

в два круга: внешний и внутренней. Сразу встав, принимаете позу. Заиграет музыка, и, как

только все примут позы, начинаете. Не забудьте, что вы идете по часовой, – выделила

мадам Рул последнее слово.

Под команды учительницы видоизменения мы три раза проиграли выход, а потом она

разделила нас всех на пары, чтобы повторить и доучить танец.

– Та самая Милана Грей? – спросил меня мой партнер.

– Возможно, – сказала я, протягивая ему руку.

Мне в партнеры достался Стефан Стоун – старший брат Оливии. Он взял одной рукой меня

за руку, другой за талию. Я равнодушно положила руку ему на плечо.

– Оливия рассказывала о тебе немного, хотя ты и без этого известна.

– Известна? – переспросила я, наклоняя голову и отводя правую ногу назад.

Увидев Стефана, его сестру близняшку – Стелу и Оливию, было тяжело не догадаться, что

они родственники: светлые волосы, загорелая золотистая кожа, худоба. Но каждый из них

отличался своей индивидуальностью, стилем, даже близнецы. У Стефана светлые волосы

спадали до плеч, передние пряди служили длинной косой челкой; яркие карие глаза, идеальная кожа. Он напоминал мне почему-то эльфа. А вот Стела напоминала пацаненка: коротко постриженные волосы придавали интересный вид ее овальному лицу, а темными

тенями она всегда подчеркивала шаловливые глаза. Стела была худой, худее младшей

сестры. Оливия длинными волосами, обычно заплетенными в два колоска, серо-

голубыми глазами, большим разрезом глаз, пухлыми губами напоминала принцессу.

– Ты появилась из ниоткуда, на втором месяце учебы, поступила сразу на третий курс, а

потом еще и сразилась с темным… Ты привлекла немало внимания, – сказал он, танцуя.

– Внимания?! – воскликнула я. – Конечно, только ради внимания и живу, – сказала я и

опустила руки, покидая пару. Я, разозлившись, направилась прочь от него.

– Ты меня не правильно поняла. Я не хотел тебя обидеть, Милана, – схватил меня за руку

он. Я развернулась. – Я не имел в виду, что ты пытаешься привлечь внимание. Я просто

неправильно выразился, – объяснил он, и, поняв, что я уже не собираюсь уходить, отпустил руку. – Я просто чувствую, что тебя ждут еще немало приключений.

– Послушай его, девочка, – обратилась ко мне, повисшая у брата на шее, Стела. – Он