Яран быстро сообразил, что случилось, мельком взглянул на решительного Михаила, на грозно блестящий карабин и стал раскладывать оставшиеся ветки большим полукольцом вокруг очага. Землянин был взвинчен до предела, нервничал и диковато озирался. Потом желтоглазые хищники, испугавшись огня, исчезли, и Яран спихнул все топливо в одну большую кучу. Весело защелкало пламя, стреляя искрами.

— Нужно быть очень осторожным, — сказал Яран. — Они невероятно голодны и способны на все.

— Даже броситься на огонь? — едко спросил Михаил.

— Да, — резко сказал Яран. — Даже на огонь.

Совсем рядом кто-то страшно и громко закричал. Михаил от неожиданности чуть не выронил карабин. Крик был человеческий.

— Что-то мне это не нравится, — сказал Яран и тревожно огляделся.

— Человек? — дрожащим голосом спросил Михаил. Он все никак не мог прийти в себя.

— Вряд ли. Кроме тебя я здесь не видел еще ни одного человека.

Яран обошел костер, сел спиной к гладкому камню, достал из кармана ножик и стал мерно строгать гибкий прут. Михаил понял это так, что он может спать. Ему вдруг мучительно захотелось залезть под теплую оболочку, да еще накрыться сверху одеялом, и проспать так до утра. Что он немедленно сделал, устроился в спальном мешке и крепко заснул.

Утро встретило его жестким холодком, пробирающим насквозь. Все вокруг было покрыто легким голубоватым инеем: мрачные холодные столбы, холм рядом с озером, листики озерной растительности, даже обрывчик озера искрился голубоватой пудрой. Потом появился вязкий непролазный туман, смешался с паром над водой, и сразу стало ничего не видно.

Скоро туман исчез. Михаил высунулся из спального мешка, вздохнул полной грудью и ошпарил легкие. Дыша по-драконьи паром, сжался от холода и втянулся обратно под мягкую оболочку, но тут возник Яран, стал игриво его тормошить и щекотать ему через одеяло ноги. Михаил отчаянно сопротивлялся. Потом Ярану надоело возиться, он схватил мешок и стал вытряхивать из него Михаила, как картошку. Михаил соскользнул на голую каменную крошку, засмеялся, отобрал и стал сворачивать мешок.

Было около семи часов. В озере вовсю плескалась голодная рыба. Яран лег на берег, свесил руки в воду и вмиг наловил мелкой вкусной рыбешки себе на завтрак. Михаил тем временем аккуратно скатал мешок в тугой валик, положил его на дно рюкзака и начал завтракать вчерашним пискуном.

Яран, громко чавкая у берега, невнятно осведомился:

— Миша, когда пойдем?

— М-м, — промычал Михаил с набитым ртом, прожевал и добавил: — Хоть сейчас.

Яран подбросил последнюю рыбу в воздух, ловко поймал ее на лету ртом и проглотил. Михаил жадно набросился на второй кусок. Как всегда утром есть хотелось до невозможности.

— Вчера волки так выли, просто жуть, — сказал Яран.

— Это когда я спал?

— Да, сразу. До чего мне они надоели, кто бы только знал!

— Мне тоже, — согласился Михаил. — Придется… м-м… терпеть… — Михаил скорчил жуткую гримасу и достал из зуба кусок застрявшего ребра.

— К счастью, недолго, — заметил Яран, встал и направился к столбам.

Он долго там ходил, приседал, рассматривая землю, потом вернулся явно не в духе, тяжело сел, скрестив ноги, и хмуро сообщил:

— Там следы.

— Ну и что? — беспечно спросил Михаил.

— Это волчьи следы, — серьезно сказал Яран и повернул к нему голову. На абсолютно лысом черепе лаково блестели коричневые чешуйки. — Их там очень много. Я имею в виду следы. И еще там лежит волчий скелет.

— Не смотри слишком мрачно на вещи, — сказал Михаил и демонстративно прожевал рыбью спинку. Последние слова он не расслышал. — Видишь? Я сыт, мне тепло, рядом хороший собеседник. Что еще надо? Хватит хмуриться. — Михаил хитро подмигнул. Настроение у него было превосходное.

— Надо быть внимательным и дальновидным, — наставительно сказал Яран. — Сколько раз я тебе говорил! А вот когда набросится на тебя вся стая разом, ты ужасно испугаешься, почему это рядом нет Ярана с психотроном.

— Что такое психотрон?

Вот так у них всегда заканчивались любые споры, и большие, и маленькие — кто-нибудь не понимал другого. Михаил помнил, как им было ужасно трудно, когда они не знали чужого языка.

— Психотрон, — сказал Яран, — это прибор воздействия на мозг живых существ. Я же тебе сто раз показывал.

Он достал из кармана плоскую серебряную коробочку с красным окошечком на торце, положил на ладонь, и Михаил с уважением взглянул на приборчик. Давным-давно, когда они и говорить-то толком друг с другом не умели, Яран ловко пользовался этой штучкой во время охоты. Ультразвук приборчика быстро и безболезненно убивал больших рыжих птиц, очень вкусных и питательных. К сожалению, пуля карабина не справлялась с перьями птиц, и на первых порах друзей выручал психотрон. Потом они нашли озера с рыбой, но на них почему-то прибор не действовал. Яран объяснил это составом воды и присутствием электроската, который безбоязненно поглощал жесткий ультразвук пополам с хлесткими и зудящими, как зубная боль, сигма-импульсами.