– Здравствуй, Лика.

Вода вместе с пеной полилась из ванной от моих испуганных телодвижений. Я сжала себе виски и вновь погрузилась в пену. Сердце бешено застучало. Черт! Я ведь не пила. Я совсем не пью! Семь с лишним месяцев. Открыла глаза.

– Привет… - я изумленно смотрела на дверной проем, в котором, улыбаясь, стоял Шатир.

Повисла тишина. Было так тихо, что я слышала, как лопаются пузырьки пены.

– Я подожду в комнате, - он ушел, прикрыв дверь.

Наверное, минут десять я просто сидела, не в силах осмыслить его появление. Потом медленно поднялась и заметила, что у меня дрожат руки.

Пока я вылезала и закутывалась в халат, в памяти лихорадочно пронеслись все события нашего знакомства. Мозг бунтовал против возрождения того, что я так упорно пыталась забыть на протяжении стольких месяцев. Я медленно вышла из ванной, пытаясь обрести дар речи.

Знающий силу стоял посреди разоренной комнаты. Его наряд и небольшой кинжал в украшенных ножнах нелепо смотрелись рядом с телевизором и компьютером.

Я застыла в проеме.

– У тебя всегда так? – продолжая улыбаться он обвел руками мой бедлам. – В прошлый раз даже почище было.

– Зачем ты здесь? – выдавила я.

Мой голос не звучал ни приветственно, ни радостно. Лицо Шатира стало серьезным.

– Я думал, мы встретимся по-другому.

– По-другому?

– Ты обрадуешься мне…

– Обрадоваться? Тебе что, опять понадобилась моя помощь? У вас что-то произошло и я могу пролить свет на данный вопрос?

– У тебя странная реакция, - он явно не ожидал от меня такого приема.

– А чего в ней странного? Ты бросил меня! Меня просто кинули наедине с демоном в моем мире. Вы ни разу за все это время не поинтересовались, осталась ли я жива, и что происходит здесь, куда по вашей вине пролез анатрион. Вы получили то, что хотели от меня. На этом все и закончилось. А…. Даже не на этом… Еще мне постарались запудрить мозги, что якобы ничего вообще не происходило! Что это мое больное воображение! Скажи мне, кому пришла в голову мысль отправить меня именно в тот день, когда я ушла отсюда к вам и сделать все происшедшее бредом валяющейся без сознания после отравления? Кому? Можешь даже не отвечать. Я кандидатуру знаю!

– Лика, - его голос стал почти умоляющим, - подожди с обвинениями. – Он попытался обнять меня.

Но я резко щелкнула по его вытянутым рукам и отскочила подальше. Шатир грустно прошел мимо меня и сел рядом с горкой моего белья на диван.

Если бы он только знал! Знал, как тяжело жить после того мира. Вспоминать каждый миг, проведенный с ними, не в силах вернуться. Как хочется выть ночами от тоски и одиночества! Отчаянное стремление к заботе Вадима и вечные поиски подобия того, кого встретила там…

– Мы не бросали тебя. Если бы я только мог, я первым пошел бы сюда. Давай поговорим. Не спеши с выводами. Я понимаю, что припозднился. Но я правда не мог раньше. Частично, по твоей вине, между прочим.

– О, так, ты меня обвиняешь?

– Ни в коем случае, я пытаюсь тебе обьяснить. Может, выслушаешь?

Умом я понимала, что он говорит правду. Я верила Шатиру. Он не из тех, кто прячется от опасности. Но дело было в другом. Во многом другом.

– Ты не понимаешь, я столкнулась здесь с тем существом, которое не должна была никогда встретить в своем мире. Никогда! – сорвалось на крик. – Ничего ты не понимаешь! Но во всем виноват ты!

Конечно, он ничего не понимал и не мог понять. Как тяжело найти себя, найти работу, объяснить обоим родителям, что произошло с дочерью. Точнее, с ее головой. Почему временами она сидит дома и боится выйти на улицу.

Вернуться в эту жизнь с этими же людьми вокруг, но другой внутри и снаружи. Никто не мог понять, откуда во мне эти перемены: я цвела снаружи, хорошела и хорошела, но окружающий мир перестал меня интересовать. Андрей стал очередной черт знает какой попыткой вернуться к человечеству. Родители списывали все это на стресс от потери работы в такое нелегкое нестабильное время. А я, осознавая, что надо жить и выкарабкиваться из всего этого, пыталась привести себя в норму и забыть. Забыть все, что видела, где была и с кем.

Работу я нашла довольно скоро. Знала, что в этом спасение. А без страха выходить на лестничную площадку… Даже с этим я справилась быстро. Я просто твердила себе: «Что еще может тебя напугать после всего?»

Но эта пустота внутри – вот что главное, пожирающее эмоции. От нее сходят с ума, не зная, чем себя занять и наполнить. И пустота меня душила, не давая полноценно жить той жизнью, для которой я родилась именно в своем мире.

– Что все-таки случилось? – Шатир робко дернулся.

– Я встретила тут аналог анатриона для моего мира. Увидела то, что не должна была видеть и знать. Кому рассказать – меня отправят в психушку. Впрочем, уже ничего не важно. Меня ничем не прошибешь. Не должна была, но увидела. Подумаешь! – я уныло скрючилась на краю дивана, подальше от мага.

– А может, должна была? Ты думаешь, что для нас пересечение времен – обыденность? Такого никогда не было. – он неосознанно теребил в руке мой лифчик.

– Ладно, - я немного остыла, - рассказывай, что случилось. Зачем ты меня в таком состоянии вернул обратно, ты же знал, что анатрион уйдет вместе со мной сюда?

– Дело в том, что это не я тебя вернул. Ты сама каким то образом вернулась. – Он остановил мой открывшийся было рот. – Я же пытался вернуть тебя еще до нападения, так?

– Пытался…