— Наглости вам не занимать, но вы мне начинаете нравиться. Во всяком случае, вы точно знаете, чего вам надо и как этого добиться.

— Пожалуй, вы правы. Кстати, о втором пустячке. Я предвижу, что в будущем мне придется выполнять немало конфиденциальной работы по вашим поручениям. Например, вроде этой истории с налогами. В настоящее время я работаю в общей комнате, где любой может заглянуть мне через плечо и увидеть, чем я занят. В ваших интересах будет, если я получу собственный кабинет.

Она уже не разговаривала со мной снисходительным тоном. Она посмотрела на меня, пожалуй, впервые как на человеческое существо — и вдруг совершенно неожиданно для меня хихикнула.

— Интересно, знает ли этот старый дуралей, Стернвуд, что за клерк у него служит? Держу пари, что нет. Вы далеко пойдете, мистер Уинтерс. Бога ради, можете сослаться на меня при разговоре с патроном. Скажите, что я настаиваю на том, что у вас должен быть отдельный кабинет.

Вот так я заполучил машину и кабинет. Теперь вы поняли, что я имел в виду, когда сказал, что дверца в волшебную страну распахнулась?

А ведь это еще было только начало.

Моу Берджес сидел за старым, обшарпанным столом, сжимая гнилыми зубами потухшую сигарету и сдвинув на затылок черную шляпу с широкими полями.

Он был настоящий коротышка, худой, с носом, похожим на рыболовный крючок, и физиономией цвета брюха жабы.

Рыжеволосая девица с мощным бюстом выпростала свои телеса из-за пишущей машинки и, покачивая бедрами, решительно двинулась ко мне, загораживая от меня Моу могучими телесами.

— Что вам нужно? — голос ее дребезжал, как связка пустых консервных банок, сброшенная вниз по лестнице.

— Мне нужен он, — заявил я, указывая на Моу. — И не выламывайся, красотка. Тебе, конечно, есть что показать, но ты не на того напала.

Обогнув девицу с фланга, я изобразил на лице радостную улыбку и представился.

— Я принял дела от Ледбитера, — добавил я. — И отвечаю теперь за все дела мисс Шелли.

Он окинул меня оценивающим взглядом, придирчиво осмотрел мой канареечный пиджак, потом нагнулся вперед, чтобы удостовериться, что на моих ногах и в самом деле мокасины.

— Извините, мистер Уинтерс, — проквакал он, наконец, — но по вашему облику никак не скажешь, что вы банкир.

— Это новая униформа. Вы по-прежнему заинтересованы в том, чтобы приобрести дом № 334 по Вестерн-авеню?

— Да, но Ледбитер сказал, что он не продается.

— Цена вас устраивает?

— Вполне.

— Тогда мы, возможно, договоримся, если эта красотка зайдет на пять минут полюбоваться пейзажем.

С несколько огорошенным видом он уставился на пышнотелую девицу, которая, пыхтя от усердия и высунув кончик языка, сосредоточенно печатала одним пальцем на машинке.

— Эй ты! А ну, выкатывайся отсюда! Когда она продефилировала к двери и прикрыла ее за собой, Моу спросил:

— Каковы условия?

— Дом — ваш за обусловленную цену, если вы заберете и жильцов в придачу.

— А зачем мне жильцы?

— Мисс Шелли не хочет выселять их. Они живут в этом доме лет тридцать пять, и уже довольно пожилые. Вы же вряд ли будете особенно сентиментальничать с ними. Можете избавиться от них, как только дом перейдет в вашу собственность.

Он немного подумал, потом внезапно ухмыльнулся и сказал:

— По рукам. Я подпишу бумаги, когда она захочет.

— Отлично. — Я закурил сигарету, не сводя с него глаз. — Теперь — особые условия. Моу насторожился.

— Я так и знал, что до этого дойдет.

— Вы получите дом после того, как уплатите мне пятьсот зеленых, не раньше. Он скорчил гримасу.

— Это же шантаж.

— А что делать? В банке о вас и слышать не хотят. Мисс Шелли опасается иметь с вами дело. Без меня у вас нет ни одного шанса на то, чтобы провернуть эту сделку. Моя цена — пять сотенных. Если дом не стоит для вас столько, так и скажите.

— Ладно, — пробурчал он, пожимая тощими плечами. — Мне не впервой уступать шантажисту.

Он выудил из внутреннего кармана засаленный бумажник, туго набитый деньгами. При виде такой уймы наличных я пожалел, что не нагрел его на тысячу, но было уже поздно.

— Когда мое заведение начнет функционировать, мистер Уинтерс, заходите расслабиться с моими девочками. Кажется, с вами можно иметь дело.

— Так оно и есть, — подтвердил я, забирая у него из рук банкноты — Завтра я зайду подписать купчую и можете считать, что дело в шляпе.