Сердце у меня так и прыгнуло.

Мы с Евой дождемся, пока Вестал уснет, и впереди у нас будет целая ночь!

— Конечно, дорогая. Пусть тебе будет спокойнее. Она открыла глаза и посмотрела на меня.

— Спасибо, милый. Я знала, что ты согласишься. Я попросила Еву переночевать здесь. Она согласилась спать на кушетке. Если вдруг мне опять станет плохо, она мне поможет.

Прошло еще четыре дня.

До сих пор не представляю, как мне удалось держаться так, чтобы не показывать Вестал вида, что со мной творится.

На четвертый день я не выдержал. Мы поднялись наверх, чтобы переодеться к ужину. Я не стал принимать душ, быстро нацепил вечерний костюм и был готов, когда Вестал еще даже не решила, что ей надеть.

Я просунул голову в дверь.

— Пойду вниз, выпью аперитив. Буду ждать тебя в баре. Она изумилась.

— Как тебе удалось так быстро одеться, Чед?

— Просто ты что-то закопалась, — сказал я, улыбаясь (знали бы вы, чего мне стоила эта улыбка). — Я закажу тебе мартини.

— Я постараюсь побыстрее, милый.

Я закрыл дверь и припустил по коридору к комнате Евы. Не став стучать, я повернул ручку и вошел.

Ева стояла перед зеркалом и натягивала чулки. На ней были только голубые трусики и лифчик.

— Чед!

— Ты должна еще раз дать ей это средство! Завтра же! Ева попятилась от меня.

— Ты что, свихнулся? — гневно сказала она. — Вестал засечет нас.

— Она еще переодевается. Она проковыряется еще полчаса. Я сказал, что иду в бар.

Я приблизился к Еве и обнял ее. От близости ее тела сердце мое затрепетало, и я потерял контроль над собой.

— Нет! Неужто ты не понимаешь, как это опасно? Отпусти меня!

— Сделай что-нибудь, Ева! Я просто с ума схожу! Дай ей завтра лекарство.

— Бесполезно. Ничего не получится. Если ей станет плохо, мне придется сидеть с ней. Она так сказала. Так что, ничего не выйдет.

— Черт бы ее побрал! Что же нам делать?

— Я тебя предупреждала. Держись от меня подальше. Я не хочу лишиться места из-за тебя! В дверь постучали.

Мы переглянулись. Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица.

Ева схватила меня за руку, потащила через комнату и укрыла за полузадернутыми шторами, которые свешивались до самого пола.

Все случилось так быстро, что, когда дверь открылась, Ева уже была перед зеркалом.

— Мне показалось, что я слышу голоса, — сказала Вестал. — О, что вы, миссис Уинтерс! Я мурлыкала себе под нос, — спокойно заверила Ева. Голос ее звучал ровно и естественно. — Вам что-нибудь нужно?

— Я не хотела тебя беспокоить, — сказала Вестал. — Но мой пульверизатор сломался. Можно одолжить твой?

— Конечно. Сейчас я освобожу его.

— Нет, не надо. Мне нравятся твои духи. С удовольствием подушусь ими.

Ни жив ни мертв, я стоял, прижавшись к стене, чувствуя, как ледяной пот течет по спине. Застань меня Вестал в одной комнате с Евой, одетой лишь в нижнее белье, мне был бы конец. Я в тысячный раз проклял себя за безрассудство. Ева была права. У этой чертовой уродины какой-то дьявольский нюх. Может, она уже что-то заподозрила? Интересно, она и в самом деле сломала пульверизатор или выдумала предлог, чтобы застать Еву врасплох?

— Спасибо, милочка, — сказала Вестал. — Я побежала. Мистер Уинтерс ждет меня в баре.

Я услышал, как дверь закрылась.

Я не пошевелился. Сердце колотилось как птичка в клетке. Я едва не потерял семьдесят миллионов. От одной мысли об этом мне стало дурно.

Ева отдернула штору.

— Выходи!

Лицо белое, как мел, глазищи полыхают.

— Да, чуть-чуть не влипли. Слава Богу, пронесло, — отдуваясь, проговорил я. И вытер мокрое лицо носовым платком.

— Я тебя предупреждала! С этим покончено раз и навсегда, Чед. Я серьезно. Больше мы не встречаемся. И не спорь. Это окончательно. Теперь уходи!

— Я что-нибудь придумаю, — пробормотал я, придвигаясь к двери.

— Нет. — Она шагнула к двери. — Дай я сперва проверю. Она открыла дверь, высунула голову и осмотрелась по сторонам.

— Все в порядке. Можешь идти.

Я выскользнул из комнаты, словно напуганный воришка, и быстро спустился в бар.

Надо было что-то придумать. Я не мог отказаться от Евы, но и от семидесяти миллионов отказываться я не собирался.

Должен же быть хоть какой-то выход!

К чему продолжать?