После судьбоносного решения Шелепина все завертелось очень быстро. Едва вернулся из Н-Петровска, приехал Семичастный. И лично выдал нам с Катей новые паспорта с гербом СССР на обложке. Я сохранил оригинальное ФИО и дату рождения со сдвижкой на пятьдесят лет.

Катя неожиданно сменила фамилию. На мою. И приобрела штамп о браке. Можно считать это приколом, но датой бракосочетания значился именно тот вечер, в который я под шампанское переводил девушке «Still Loving You» [44] . Поговорка «а теперь, как приличный человек, ты обязан жениться» приобрела совсем не смешной смысл.

На этом раздача слонов не закончилась. Я получил выписку из автобиографии (очевидно, для заучивания), диплом о высшем образовании и трудовую книжку, в которой стояли штампы каких-то номерных НИИ. Самое интересное, что на третьей странице местом текущей работы значился НИИ «Интел», в котором моя скромная персона занимала должность директора. Все-таки использовали предложенное на всякий случай название, чтобы запутать следы, если вдруг настоящий «Intel» попадется в документации «не тому сотруднику» [45] .

И номер присвоили. П/я А-721, как положено приличному секретному учреждению в СССР. Я уже успел малость пообтереться, усвоил местные реалии и знал, что в документах оба названия смешивать категорически запрещалось. Поэтому в начале работ с партнером на стороне первым делом ведущего инженера было выяснить, имелись ли раньше контакты, и если да, то по линии номерного «почтового ящика» или по линии НИИ. Смысл этих магических действий всегда оставался для меня непонятным — оба названия знали все, кому не лень было раскрыть уши.

Последним штрихом моей «боевой» подготовки стал полный портфель бумаг, причем совершенно реальный, черный и кожаный. Кроме прочего, в нем лежали печать и бланки с банковскими реквизитами.

Изучение документов затянулось на полночи. Выяснилось, что в штате НИИ на сотню ставок пока имеются только три сотрудника — лаборант Екатерина Васильевна (Кате вернули оставленную в Н-Петровской школе трудовую книжку с новыми штампами), бухгалтер Софья Павловна и водитель Рудольф Петрович. Голову даю на отсечение, этот погонщик автомобилей имел звание никак не ниже старшего сержанта КГБ. Лейтенанта для меня, поди, много будет. Сама «Волга» находилась в каком-то московском ведомственном гараже, телефонный номер прилагался. Хоть тут не пожалели ресурсов.

Также имелся список предложенных Министерством электронной промышленности СССР объектов для размещения НИИ. Дюжина позиций, и все надо было проверить своими глазами.

…М-град, небольшой индустриальный пригород Москвы, тысяч на пятьдесят — сто населения. По мере движения к центру деревянные частные дома постепенно переходили в трехэтажки, потом следовало несколько жилых кварталов старой, частично сталинской застройки. Всенепременный бюст Владимира Ильича возвышался на постаменте напротив горкома КПСС, рядом виднелась жалкая аллейка, рядом с которой пристроился ухоженный памятник погибшим в войне горожанам.

Улицы оказались непривычно пусты, даже после хилого московского потока из «Волг» и «Москвичей». За окном быстро мелькнул еще десяток зданий, и главная дорога резко свернула направо, проскочила через небольшую горку на железнодорожный переезд и неожиданно стала широкой, как проспект, на целых три сотни метров, оставшихся до ворот проходной здоровенного завода (как оказалось, это была ТЭЦ).

Широкие газоны по обеим сторонам густо засадили молодыми тополями. Справа виднелось длинное, изрядно обветшавшее двухэтажное сооружение времен индустриализации, при виде которого мгновенно вспомнился НИИЧАВО из «Понедельника» Стругацких [46] .

Ворота были под стать сюжету книги: здоровенный металлический щит ржаво-серого цвета. Оборванный кабель привода нелепо торчал из стены рядом с электродвигателем. Через метровую щель не закрытой до конца створки нас придирчиво разглядывал старик вохровец в серой телогрейке и высокой фуражке неопределенного цвета.

Черная «Волга» оказалась куда важнее и круче так и не предъявленных документов. Поэтому вахтер неожиданно сильно оттолкнул воротину, освобождая нам проезд. Одновременно он слегка поклонился, ощутимо борясь с желанием сдернуть головной убор, как делал это в стародавние времена при виде барина. Признал, родимый!

В глубине заваленного кучами щебня двора стояло еще одно двухэтажное здание, но уже совсем недавней постройки. Весь его первый этаж был занят здоровенным гаражом на шесть ворот. В глубине виднелись смотровые ямы и рельс тельфера. Именно то, что нужно! Подробный осмотр объекта выявил отсутствие непреодолимых препятствий для размещения НИИ «Интел». Более того, объект находился, пожалуй, в самом лучшем состоянии среди всех осмотренных ранее. Вопрос с местом работы был решен.

Квартиры М-градский горисполком выделил в течение одного дня. Хватило телефонного звонка Шелепина кому-то в ЦК, дальше команда покатилась по инстанциям со скоростью лавины. Результатом стал список из восьми доступных квартир, поступивших в резерв НИИ «Интел». На единственную трехкомнатную нам с Катей без заминки выписали ордер.