— Не пойму, — недовольным тоном сказал дядя.

— Зачем тебя вчера позвали во дворец?

— Я же пробовал тебе намекать вчера, — фыркнул дядя.

— Намеки меня не интересуют. Правду хочу знать.

— Мы доверительно беседовали с нашим Величеством.

— О чем же вы беседовали? О хозяйстве? О нарядах? Какие государственные дела император мог решать с тобой? — Вердана говорила с достоинством и спокойно. — Или тебя повысили, возвели в должность? Поделись радостью.

— Будто не понимаешь?

— Понимаю. Говорили обо мне. Только с какой стати император так мною интересуется? В Тупе мало достойных?

— О, все боги! Дана! Да ты ли это? Если бы случилось несчастье, упаси нас всех, Мантупу потребовался новый клан правителей. Мы стали бы первыми. Мы, Дана!

— Императору угрожает опасность?

Вердана напряглась. Господин Нинхау усмотрел в племяннице перемену. Она, кажется, все еще чувствовала себя обязанной защищать императорский клан. Он чуть было не подумал лишнего. Он очень хотел узнать, что на уме у Верданы, но сидела она в отдалении. Ох, хитра! Далеко — неслышно. Господин Нинхау ждал момента, чтобы объяснить племяннице всю ситуацию. Вчера она и слушать бы не пожелала.

— Дана, император болен. Дни, может десяток дней отделяет его от конца. Ему очень важно позаботиться о продолжении своей жизни. Вернулась ты не вовремя. Плохо нам стало в Тупе. Власть шатается, разбой в городе. Императору нужна сила. Эта сила — ты, Дана.

Он стал сосредоточен и серьезен. Вердана не ожидала, что он способен думать о чем-либо кроме хозяйства и нарядов. Она прониклась в этот момент уважением к господину Нинхау.

— Император предложит тебе брак сегодня, и конечно извиниться за тот позор, которому тебя подвергли.

— Меня? Я это пережила. Меня интересует репутация Ахши. Оскорбили его.

— Дана, он замешан в гибели наследницы, его видели на крыше незадолго до того, как погибла принцесса Изэ. Он — убийца.

— Меня тоже видели там. Однако я то точно знаю, что была в другом месте, то же самое скажу о книжнике. Он не виновен.

— Дана. Да кому теперь это интересно? — дядя удивился вполне искренне.

— Мне, — твердо сказала Вердана.

— Дана, решается твое будущее. Наше будущее. Семьи.

— Семья это ты и я — все, что осталось. Хочешь возвыситься за мой счет?

— Почему ты так низко меня ценишь? Я же знаю, как тебя уберечь. Станешь моей, и этот брак станет невозможен. Во дворце интриги. Ты застанешь очень грустную картину.

— Вернемся к Ахши. Он жив. Откуда тебе это известно? Только не хитри, прошу добром. Ты знаешь, как я умею добиваться правды.

— Его ищут до сих пор. То там, то тут появляются известия, что его видели. Канцлер Бала лично, лично, ведет поиски. Что говорить, если ищут, значит жив.

— Бала. Опять Бала, — Вердана выразила недовольство. — Надеюсь, ты ему не служишь?

— Мы только соседи. Я иногда оказываю ему услуги. А как не оказывать, он самое могущественное лицо, после императора. Ссориться с ним все равно, что смерть искать.

— Рада, что понимаешь это, — согласилась Вердана. — Сватовство императора тоже его идея?

— Как ты догадалась?

— А что тут тайного? Он один из первых узнал, что я вернулась. Его затея. Только не нужна я ему, как носитель власти. Опять тут тайна какая-то.

— Нет, Дана, император сам тебя выбрал.

Вердана громко выдохнула и замолчала надолго. Господин Нинхау всматривался в ее лицо. Вид у нее был будто растерянный. Он недоумевал. Что так озадачило ее? Занять трон, что еще можно ей желать? Для ее тщеславия — самое лучшее решение. Тут дядю посетила та же мысль, которой привратник Урсу мучился с момента появления Верданы в доме. Она была не похожа сама на себя. За суетой и неприятными впечатлениями от общения, он не придал никакого значения странным изменениям ее характера. Просто было оправдать их долгим отсутствием и суровой жизнью, сложнее рассмотреть эти странности. Господин Нинхау хоть и выглядел суетливым и легкомысленным, но глупцом он не был. Вердану он знал не хуже Урсу. Он начал подозревать, что Вердана не просто изменилась, она словно чужая. Что-то от нее прежней, несомненно, осталось, но во многом, даже в основном она стала другой. Меркантильный ум господина Нинхау не стал углубляться в детали, мысль потекла в ином русле — какую выгоду можно извлечь из этой перемены? Из осторожности господин Нинхау не стал обдумывать вопрос немедленно, решил сделать это в уединении. Он вновь погрузился в наблюдения, и смотрел, пока Вердана не бросила в его сторону недовольный взгляд.

— Ты еще хочешь у меня что-то спросить, Дана? Спрашивай сейчас. До начала бала не так много времени, а я еще не начал церемонию подготовки. И тебе следует провести свою. Слуги в твоем распоряжении.

— Где последний раз видели Ахши? Сгодиться все, даже сплетня, — спросила Вердана

— Опять ты о нем? Да к чему?

— Отвечай.

— На севере, у скал. В наших владениях. Что как раз очень подозрительно. Искали и не нашли. Беда с этим книжником. Почему в наших землях? Напасть на наш род.