Всем очень хотелось узнать, что за земля лежит впереди. Сигрун сказала:

– Может быть, это один из Островов Блаженства, о которых говорил Ньяль. Ведь это очень большая земля, и лежит она на западе за океаном.

Они подошли к этой земле и увидели, что она гориста, а по берегам всюду черный песок. Склоны поросли лесом, кое-где были хорошие луга, и на проталинах уже появилась первая трава.

Эта земля была впервые открыта Харальдом Мореходом, хотя ныне об этом мало кто помнит. Позже ее заново открыл Гардар, который обошел ее кругом и узнал, что это остров. Гардар назвал страну Гардарсхольм, но это название вскоре забылось. Со времен первопоселенца Ингольва земля, о которой идет речь, зовется Исландией.

Некоторое время викинги и папары плыли вдоль берега и высаживались в разных местах. Страна была обширна и безлюдна, богата лесом, рыбой и пастбищами, но бедна дичью. Наконец они остановились в тихом фьорде и построили землянки.

Викинги решили провести в этой стране лето и зиму, а на другой год плыть в Норвегию. Там они хотели купить побольше зерна, скота и рабов, а потом вернуться сюда и жить вольно и богато.

Папары же все до единого хотели стать отшельниками. Патрюг собирался в этом году разведывать страну, а на другой год плыть вдоль берега и высаживать своих людей по одному или по двое в самых глухих и укромных местах.

Однажды Сигрун сказала, что видела с вершины горы еще одну землю дальше на западе, по ту сторону широкого пролива.

– Та земля может оказаться лучше этой. Я считаю, что мы должны доплыть до нее и посмотреть, может быть, это и есть Острова Блаженства.

Харальд сказал:

– Напрасно ты веришь этим сказкам.

Викинги несколько раз поднимались на гору, но не видели никакой земли. Сигрун сказала, что ее видно не во всякую погоду. Тогда некоторым показалось, что они и впрямь видят что-то похожее на далекий берег. Все же Харальд и все остальные викинги стояли на том, чтобы плыть в Норвегию.

– Не следует брать больше, чем можешь использовать. Нам вполне хватит и этой страны.

Какое-то время Сигрун не заговаривала о плавании на запад. Она вела себя скромно и была с Харальдом любезнее, чем обычно.

К концу лета викинги построили большой дом и запаслись на зиму рыбой, тюленьим мясом и ягодами. многие находили, что жизнь в новой стране куда лучше, чем в Норвегии. Викинги одевались в богатые одежды, носили золотые запястья, цепи и кресты из клонмакфертской сокровищницы, и считали себя богачами.

Однажды в начале зимы Харальд сказал Сигрун:

– Помнишь ли ты, о чем мы говорили четыре зимы назад в доме твоего отца?

– По-моему, ты хотел тогда взять меня в жены. Но я сказала, что пойду только за самого смелого и достойного человека, а ты в то время еще никак не показал себя.

– С тех пор многое изменилось. И я надеюсь, что теперь ты не откажешь мне, если я повторю свое предложение.

Сигрун ответила со смехом:

– Многие назвали бы меня лгуньей, если бы я сказала, что не ждала этого. И все же я должна подумать, прежде чем согласиться или отказаться.

– Как долго ты собираешься раздумывать? Признаться, я надеялся, что теперь-то уж ты согласишься сразу. Ведь я достиг большего, чем любой из наших земляков. И имей в виду: я не позволю делать из себя посмешище.

– Что ж, я могу согласиться и сразу, – сказала Сигрун. – Но только в том случае, если ты выполнишь мою просьбу.

– Назови ее.

– Я хочу, чтобы летом мы поплыли не в Норвегию, а дальше на запад, искать Острова Блаженства. На следующей новой земле, которую мы найдем на западе, мы обвенчаемся по христианскому обычаю.

– Выходит, ты уже подговорила папаров плыть на запад?

– Вовсе нет, но я думаю, что они не устоят перед соблазном повидать Острова Блаженства, если увидят, что мы собираемся туда плыть.

Харальд сказал:

– Похоже на то, что ты победила в этом поединке. Кто знает, может, нам и впрямь повезет, и мы найдем еще более богатую землю. Ведь здесь никто раньше не плавал. Впрочем, дружинники вряд ли поддержат такое решение.

– Об этом не беспокойся, – сказала Сигрун. – Вот увидишь, все будет в порядке.

На другой день Харальд собрал викингов и объявил, что весной они поплывут на запад в поисках более богатой и обильной земли.

Тут поднялся большой шум, как и ожидал Харальд. Многим этот замысел показался опасным, а дело – не стоящим. Почти все хотели плыть в Норвегию, как было уговорено сначала. Харальд принялся спорить с дружинниками, но его не слушали. Тогда Харальда охватил гнев, и дело уже почти дошло до схватки, как вдруг поднялся Ньяль, ирландский скальд, который плавал вместе с викингами. Кто -то крикнул: