— Из твоих бывших?

— Да это тетка! — засмеялась Наташка. — А из моих бывших есть один чемпион по плаванию. Он теперь молодежь тренирует. Мы ему вряд ли сгодимся! Хотя, если заниматься не плаванием...

— Да, а бегом...

— ...еще хуже получится.

— На этой радужной перспективе я тебя покидаю. Спать хочу очень. Даже закурить боюсь, чтобы с сигаретой не уснуть.

— А мне работать надо. Спокойного дня тебе и сладких снов!

— Спасибо, — сонно ответила Света. — Нет, правда, спасибо! Мне так надо было поговорить...

Она положила трубку.

12 июля 2003 года

— Алло. Фирсов слушает.

Услышав голос Ванечки, Наташа совсем не обрадовалась, а даже немного подрастеряла своего обычного жизнерадостного напора. Но собралась с мыслями и, сохраняя достоинство, вежливо представилась:

— Это Наташа Напханюк. Света дома?

— А, Наталья! — с наигранным восторгом пропел Ванечка. — Сколько лет, сколько зим!

Она только и успела подумать, что эта любезность ни к добру, как он ляпнул:

— Видел тебя недавно на улице! В машине мимо проезжал. Все хорошеешь, все поправляешься?!

— Нет, — нашлась она. — Это ты не меня видел. Я десять килограммов сбросила и замуж собираюсь.

— Да? — Ванечка всегда расстраивался, если не мог испортить кому-нибудь настроение. — И что он, богатый импотент?

— Он итальянец, а среди них импотентов не бывает. Средиземноморский тип, знаешь ли. Средиземноморская диета исключает мужские проблемы. А насчет денег ничего не знаю. Известно только, что он сюда от фирмы одной приехал, осматривает заброшенный завод, тот на выезде из города. Итальянцы его покупать будут.

— Да, слышал я что-то такое, — Наташа и не предполагала, что собеседника можно хоть чем-то удивить. Даже если бы ему рассказали о высадке в окрестностях Гродина инопланетян, он изобразил бы, что давно в курсе дела и даже консультирует по вопросам безопасности маленьких зеленых гуманоидов. — Но им цена не подходит.

— Я с Сандро о делах не говорю. — небрежно ответила Наталья.

— Свету тебе? — спросил Ванечка уже другим тоном, будто это она привязалась и занимает его драгоценное время глупой болтовней. Напоследок сделал последний выпад: — Долго не болтайте, а то я звонка из правительства жду.

— Сам ВВП тебе звонить будет? — не выдержала Наталья, но Ванечка не снизошел до ответа.

Фирсов крикнул в сторону от трубки: «Света, возьми телефон, тебя!» и через секунду знакомый грудной, чуть дрожащий голос сказал:

— Алло!

— Слушай, сколько же дерьма в твоем муже! — Наташка вкратце пересказала свою словесную дуэль с Фирсовым.

— Да с тобой он еще ничего, а вот Соне он как-то недавно заявил: «Ты все свои деньги заработала одним местом. Только странно, кто тебе платит, рожей-то ты не вышла!». Вот так.

— Не может быть! — возмутилась Наталья. — Нет! Даже он на такое не способен!

— Он сделал вид, что напился и болтал не думая. Соня больше не приходит и не звонит.

Наталья помолчала, слушая, как Света закуривает. Потом все же сказала:

— И как ты с ним живешь?

— Да, ладно... — Наташа поняла, что Света больше это обсуждать не может. Да и не хочет, наверное. — Ты как?

— Я? Да пойдет.

— Так ты Ване правду про итальянца сказала?

— Не совсем. — призналась Наталья. — Он просто сегодня меня и на работу отвез и с работы тоже.

— Да? — Света очень оживилась. — Это как, в рамках разгорающейся страсти?

— Страсть, не страсть, а нечто возгорается. Пока на стадии разговоров о высоком, но ведь и дальше дело пойдет рано или поздно. Просто себе цену знаю! Я так мягонько, ласково мурлычу, душечку строю! — в Наталье говорил в таких случаях крепкий крестьянский ум, который всегда советовал в любой ситуации думать о том, с чем останешься в итоге.

— А итальянец еще под юбку не лезет?

— Нет!!! — Наталья так громко выкрикнула, что Света даже поморщилась и отстранилась от телефонной трубки. — Нет, конечно. Он деликатный, воспитанный, элегантный и очень привлекательный.

— Таких не бывает! — сказала Света голосом маленькой вредной девочки.

— А вот и бывают! — в тон ей ответила Наташа. Обе рассмеялись, Наталья продолжила хвастать новым знакомым: — Знаешь, он так классно выглядит, наши мужики в фирме просто оборванцы. Я как посмотре-ела! Такое все на нем простое — маечка, джинсики, туфельки! А стоит, наверное, миллион.

— Как это ты определила?

— Ну, как?! На глаз. Просто видно. Одно печалит, — погрустнела Наталья, — на пальце у него, на безымянном, перстенечек обручальный...