– Арестовать его! – указал Вихров на флаг-навигатора.

Тот злобно выругался, затем усмехнулся и... исчез!

Несколько мгновений в помещении терминала висела глухая тишина, а затем послышалось низкое гудение перегруженной сети, и из стены терминала с высоты в три метра на пол шмякнулся темно-красный раскаленный шар. При ударе вокруг шара разлетелись неяркие искры, затем он вздулся, потемнел и превратился в шестилапого ушастого монстра высотой под два метра! Монстр поднялся на дыбы, взревел и... исчез!

– Готово, командир... – негромко проговорил за спиной Вихрова ефрейтор-два Барбет.

– Не получилось из него «спасителя», – спокойно добавил Бабичев.

Вихров повернулся к десантникам и приказал:

– Отнесите господина флаг-навигатора в его каюту, до прибытия на Землю он помещается под домашний арест!..

– Так ведь он опять уйдет!.. – перебил Вихрова Сергей.

Но командир линкора отрицательно покачал головой и подсел к продолжавшему работать мобильному компьютерному модулю. Свернув выведенную на экран схему, он связался через Главный компьютер линкора с Томашем Клотсом и отдал приказ:

– Господин главный энергетик, сейчас в личную каюту доставят Эдельмана Артура Исаевича, который помещается под домашний арест вплоть до прибытия на Землю. Эдельман находится в коконе из поля Шлозгера. Приказываю, в его каюте поставить переносной генератор поля Шлозгера и запитать от него кокон. Все линии связи и энергообеспечения в радиусе десяти метров от каюты господина Эдельмана отключить, выполнить на них временные обходные мосты. После того как вы закончите работы, доложите мне, и я заблокирую дверь каюты личным шифром!

Вернувшись в свои апартаменты, Вихров снова связался с Ирвингом:

«Господин главный астробиолог, можете спокойно готовиться к операции Яшина, никакой „спаситель“ вам больше не помешает!»

«Вы что, знаете, кто это?» – удивленно поинтересовался Ирвинг.

«Не только знаю. Нам с капитаном Бабичевым удалось его задержать. Это флаг-навигатор Эдельман. Судя по тому, чем он занимался перед самым арестом, в его планы входило захватить с помощью монстров главный привод корабля. Видимо, он надеялся после этой... акции диктовать условия всему экипажу. Но теперь он на домашнем аресте до самого возвращения на Землю!»

«Значит, он каким-то образом ухитрялся незаметно покидать свою каюту?» – спросил Ирвинг.

«Его в каюте просто не было. Он положил в постель свой биомодуль и активировал его, когда кто-то входил и зажигал свет. Сам он прятался в продовольственном терминале».

«Умно!..»

«Кстати, Превращение он, как вы и предполагали, полностью прошел, так что никакой он не Монстр, а, как и мы, потенциальный полный супер!»

«Но в таком случае каким образом вы собираетесь удержать его в каюте?!» – удивленно переспросил Ирвинг.

«Не беспокойтесь, – Вихров мысленно усмехнулся, – я принял вполне достаточные меры!»

Спустя шесть суток «Одиссей» вошел в планетную систему звезды класса G3 – последней звезды, которую он должен был посетить в соответствии с программой «Звездный лабиринт». Вернее, даже не саму звезду, а ее четвертую планету. За это время Ирвинг и Кокошко успели провести три операции – вернуть трем монстрам человеческий облик. Правда, эти трое, в том числе и Сергей Есин, имели вполне человеческое, хотя и чересчур рельефное, тело, так что операция затрагивала только голову, лицо, но все трое вышли из биолаборатории настолько изменившимися, что главный астробиолог и первый ассистент главного врача линкора стали героями. И постепенно их слава, видимо, не без их участия, была перенесена и на командира линкора навигатора-три Игоря Вихрова.

Орбита вокруг четвертой планеты системы, на которую программа «Звездный лабиринт» вывела линкор, оказалась низкой и почти круговой. Не слишком плотная облачность позволяла астрономам линкора без труда рассмотреть поверхность планеты, а командир линкора требовал от них отыскать... обозначить странности, которые присутствуют на этой планете, так как хотел понять, зачем линкор привели именно к этой планете?!

Уже через шесть часов Вихров получил первые данные, заставившие его серьезно задуматься.

Планета, как он и ожидал, была практически второй Землей. Ее атмосфера была пригодна для дыхания, очень маленький наклон оси вращения к плоскости эклиптики обеспечивал мягкие климатические условия на большей ее части, обнаруженная растительность была привычного зеленого цвета, но... на этом схожесть кончалась! Шестьдесят семь процентов планеты было покрыто водой. Суша представляла собой три довольно крупных материка, разбросанных далеко друг от друга, а вот островов практически не было. Обнаружить удалось всего три крошечных островка на самом экваторе, оставшихся от довольно большой гряды, соединявшей раньше два материка, лежавшей в экваториальной области и исчезнувшей по непонятной причине. Оба материка, те, что соединялись исчезнувшей островной грядой, совершенно не имели растительности, их бесконечная, удивительно плоская поверхность была засыпана белым мелкозернистым песком, из которого местами выступали странные невысокие, темные скалы, оставлявшие впечатление разрушенных почти до основания строений. Это впечатление усиливалось тем, что скалы располагались шестью очень большими группами, так что астрономы линкора непроизвольно стали называть эти группы городами, хотя никаких признаков разумной жизни на планете замечено не было!