Просматривая очередной видеоряд, Владислав озабоченно произнес:

— Гляди, Аскольд! У номера пятнадцатого двойной тета-ритм. Это почему?

— Ничего особенного, — прозаично заметил товарищ. — Номер пятнадцатый — женщина. Просто она ждет ребенка. Ну, беременная она, понятно?

Владислав поднялся и неспешно приблизился к окну. Женщина? Беременная?

— Как ты думаешь, — задумчиво спросил он у друга. — Она родит?

Тот, не оборачиваясь, хмыкнул.

— Сам понимаешь… В зоне акустического контакта, согласно закону Аветисова-Вебера, молекулярные структуры теряют пластичность… Да и не успеет она родить — через день их всё равно накроет песчаная буря. Десять баллов по шкале Бофорта. Никто не выживет.

— Никто?

— Никто, — подтвердил Аскольд. — Материал для работы — просто класс!

После этих слов он удовлетворенно хлопнул в ладоши и стал отрывисто диктовать в лингофон тему будущего диплома:

— ОСОБЕННОСТИ ВЛИЯНИЯ НИЗКОЧАСТОТНОЙ СОСТАВЛЯЮЩЕЙ ЗВУКОВОЙ ВОЛНЫ НА МОЗГОВУЮ АКТИВНОСТЬ КОРЫ ГОЛОВНОГО МОЗГА У РЕЦИПИЕНТОВ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ… Как тебе, Слав?

Владислав молча кивнул.

За раскрытым окном весело щебетали скворцы и шумела листва. До защиты дипломной работы оставалось всего три дня…

К радости всех курортников, идущих на пляж, погода в это субботнее утро выдалась солнечная и почти безветренная.

Я вышел из гостиницы и зевнул. Идти к морю не хотелось.

За книжным развалом под навесом сидел сухонький старичок. При моем появлении у прилавка он встал, поправил профессорские очки и замер в ожидании вопроса.

— Простите, а Вэла сегодня не будет? — вежливо поинтересовался я у него.

Старик охотно поделился новостью:

— Вэл вчера улетел на Марс. Обещался быть в среду… У вас к нему какое-нибудь дело?

— Да вот фантастику хотел посмотреть, — виновато признался я. — Раритетные издания. Беляева, Уэллса… может быть, Ефремова или Стругацких.

Старичок сокрушенно вздохнул.

— Увы! Раскупили еще на прошлой неделе… Да к тому же какая это фантастика. Лет сто назад — пожалуй… А из фантастики могу посоветовать Головенко, Лукьяничева, Клинцева. Не читали?

Я скосил глаза на прилавок. Новенькие, приятно пахнущие типографией книги словно бесстыжие кокотки глянцевыми обложками призывно манили к себе, просили дотронуться до них руками, нежно приласкать, взамен обещая незабываемое райское наслаждение от прочтения.

— Нет, спасибо, — извинился я. — Как-нибудь в другой раз.

— Как хотите, — примирительно отозвался пожилой продавец, присаживаясь на складной стульчик. — Сейчас ведь по сезону всё больше любовные романы берут. Детективы часто спрашивают. А вот на фантастику спроса нет… Вы сами откуда? Не из Москвы?

Старику в отсутствие покупателей, видимо, очень хотелось завести разговор, но я быстро ретировался, мягко бросив на прощание:

— Из Байконура. Прилетел с Оберона на прошлой неделе… До свидания.

Отделавшись от симпатичного старичка, я тут же направился к тенистой аллее рядом с крашенным в белый цвет открытым павильоном, по периметру которого стояли флайеры.

От террасы в глубь сада вела асфальтовая дорожка с аккуратным бордюрчиком из красного полимерного кирпича. В нос сразу же ударил дурманящий запах магнолий, послышался стрекот тысячи невидимых насекомых в густой зеленой траве.

Однако остаться наедине с собой в это утро мне, видимо, было не суждено. Дородный мужчина в лиловой футболке и белых шортах вырос в двух шагах от меня, церемонно раскланялся и совсем по-приятельски осведомился:

— Вы не к источнику за водой?.. Нет?.. Жаль. Говорят, местная вода хорошо помогает от мигрени… Скажите, вы ванны принимаете?

— Предпочитаю душ, — попытался отшутиться я и тут же был наказан за несдержанность.

— Шарко?.. Или циркулярный?

— Просто душ, — уточнил я, не вдаваясь в детали.

— И помогает?

— Простите… Что и от чего?

— Душ… От мигрени…

— Извините, не знаю. У меня голова не болит, — как можно благожелательнее ответил я и быстро свернул на первую попавшуюся мне по пути тропинку.

Лишившись спутника, толстяк еще немного потоптался на дорожке и медленно двинулся по направлению к роднику.

Я углубился в сад. Тропинка привела меня к беседке возле платанов.

Увы, деревянная скамейка под ажурной ротондой оказалась занята — там сидела какая-то немолодая парочка. Чтобы не тревожить седовласых пенсионеров, я обошел беседку стороной, прыжком перемахнул через ручей и зашагал к невысокой чугунной ограде. Уже через минуту мне удалось выйти к небольшому базару у восточной оконечности парка и быстро затеряться в пестрой толпе отдыхающих.