– Курс золота на сегодняшний день тридцать пять долларов за унцию, – ответил Труффаторе. – Само собой, это не совсем обычное золото, так что мы готовы скинуть немного.

– Само собой, – кивнул Гануччи. – И сколько же они будут стоить, эти ваши медальоны, с учетом вашей скидки?

– Ну, мы подсчитали, что четыре тысячи унций…

– И что?.. – нетерпеливо буркнул Гануччи.

– Сорок девять миллионов шестьсот тысяч лир – наше последнее слово.

– В долларах, – возразил Гануччи, – это мое последнее слово!

– Восемьдесят тысяч долларов.

– А откуда у вас это самое золото? – спросил Гануччи.

– Из Банко ди Наполи, хапнули всего месяц назад. Мы поехали туда забрать двенадцать тысяч наличными, да и прихватили его. – Труффаторе пожал плечами. – Когда брали из сейфа денежки, увидели прямо на полке десять золотых слитков, представляете? Ну, мы их и взяли, не оставлять же, в самом деле, такое добро?!

– А потом переплавили, – вставил Ладрунколо.

– И велели сделать эти самые образки, – продолжал Труффаторе. – А теперь их надо переправить в Нью-Йорк. Это вроде как оплата.

– Оплата? За что?

– За груз жемчужных белил, который нью-йоркская контора «Новелти энд сувенир» заказала для нас в Японии.

– Не много ли за жемчужные белила, а?

– Не много, если учесть, что внутри было три с половиной килограмма чистого героина, который мы планировали распродать мелкими партиями прямо здесь, после того как получим груз.

– И где же он теперь?

– Прибудет в Неаполь в следующую субботу. Пароходом из Токио.

– Ясно, – кивнул Гануччи. – Итак, если я вас правильно понял, суть этой сделки в том, что вы желаете переправить в Нью-Йорк большую партию серебряных медальонов, точнее, образков, с изображением Пречистой Девы Марии, внутри которых…

– С прелестным синим плащом, покрытым эмалью, не забудьте, – перебил Труффаторе – …Внутри которых чистое золото на сумму восемьдесят тысяч долларов, переплавленное из похищенных вами же в Банко ди Наполи золотых слитков. Все это предназначено для оплаты груза жемчужных белил, который прибудет морем из Токио в следующую субботу. Внутри груза – три с половиной килограмма чистого героина. Все верно?

– Именно так, – кивнул Ладрунколо.

– А что вам от меня-то надо? – полюбопытствовал Гануччи.

– Мы бы хотели поручить это вам.

– Это как же?

– Дело в том, что у «Новелти энд сувенир компани» сейчас довольно-таки туго с деньгами, поэтому они не могут ждать, пока получат наши серебряные образки. Они согласны продать нам свой груз чуть дешевле, но только в обмен на наличные. Или грозятся реализовать его на месте, но уже без нас.

– И сколько они хотят?

– Шестьдесят две тысячи.

– Это ж куча денег! – воскликнул Гануччи.

– Само собой. Но за это мы отправим эти самые образки вам, а не в «Новелти энд сувенир компани»! Судите сами – вы вкладываете шестьдесят две тысячи наличными, а, когда образки прибудут в Нью-Йорк, получаете восемьдесят. Неплохо, верно? Получше, чем ссуда в банке!

– Нет, не пойдет, – отрезал Гануччи. – Сегодня у нас что, среда?

– Среда.

– А шестьдесят две тысячи вам нужны к субботе?

– Ну, такую сумму вам-то достать раз плюнуть!

– Раз плюнуть… если бы я был в Нью-Йорке!

– Золото – на редкость удобная штука, – убеждал его Труффаторе. – Реализовать его ничего не стоит – соскрести серебро, расплавить, и его у вас с руками оторвут! Хоть в Нью-Йорке, хоть где! И ни одна живая душа в мире никогда не вынюхает, откуда это золотишко!

– Это верно, – протянул Гануччи.

– К тому же вы на этом деле имеете восемнадцать тысяч чистыми.

– Тоже верно, – кивнул Гануччи. – Похоже, со сделкой все в порядке. Только вот деньги… вот что меня смущает немного.

Учтите, парни, я ведь сюда приехал отдыхать, меня тут ни одна душа не знает.

– Подумаешь, большое дело! Аль Каноне вообще руководит делами из Алькатраса.

– Таких людей, как Аль Капоне, нынче осталось немного, – подтвердил Гануччи, почтительно закатив глаза.

– Это верно, но и о вас мы слышали немало добрых слов, – возразил Ладрунколо.

– Шестьдесят две тысячи долларов, – повторил Гануччи.

И скорбно покачал головой.

– Давайте взглянем на это дело с другой стороны, – предложил Труффаторе. Насколько я знаю, вы вложили большие деньги в шоу на Бродвее. Но ведь то, что мы предлагаем, куда безопаснее, чем все эти шоу.

– Да, я и вправду вложил кое-какие деньги в одно или даже два шоу, – кивнул Гануччи, – но только из-за жены. Видите ли, моя жена Стелла была когда-то давно связана с этим бизнесом, ну вот… думаю, она до сих пор неравнодушна к своим бывшим коллегам.