– Ты искушаешь меня. Я не могу остаться, когда мой долг обязывает меня находиться в другом месте.

Опалив ее голубым пламенем своих глаз, он сдернул второй плащ с крючка на стене, накинул ей на плечи, и тот покрыл ее до пят.

– Вот теперь, когда есть возможность говорить разумно, я благодарю тебя за талисман, который ты, наконец, дала мне по доброй воле.

Он поднял руку с алой перевязью (он действительно носил прежде эту ленту на себе каждую битву, только засунутой глубоко под тунику) и с улыбкой перевел взгляд с аккуратно завязанного банта на ее лицо.

– Не беспокойся обо мне. Даже если меня подведет мое воинское мастерство, это, конечно, поможет мне благополучно вернуться к тебе.

И хотя он участвовал во многих сражениях, сегодня это будет первая битва, в которой самое дорогое для него будет поставлено на карту. Прежде он никогда не считал свою жизнь настолько ценной, чтобы заботиться о ее сохранении. Но ради безопасности Элис, ради ее счастья теперь он будет стараться. Он с нежностью провел пальцем по ее щеке, побледневшей от тревоги, которую он хотел чуть уменьшить. Чтобы хоть отвлечь ее внимание, он стал говорить о тех распоряжениях, которые следовало сделать, и о том, каких усилий потребует их выполнение.

– Ты будешь так занята, когда услышишь мои распоряжения, которые должны быть выполнены, что тебе некогда будет думать обо мне.

– Этого ты не сможешь добиться ничем, – возразила Элис, серьезно и твердо глядя в голубые глаза, в то же время, ожидая распоряжений, которые он обязательно даст.

– Если все же, вопреки всем ожиданиям, враги прорвутся через наружную стену, я намерен послать сообщение, призывающее крестьян укрыться в замке, захватив с собой все припасы, которые они смогут собрать в спешке.

Элис медленно кивнула головой.

Первой заботой Дэйра всегда и везде была Элис. И он чувствовал себя спокойнее, зная, что она скоро будет окружена многими людьми. Сообщение Томаса, что Уолтера нет в замке с того момента, как конфликт стал открытым, было благоприятно. Веря в то, что человек, подобный Уолтеру, слишком труслив, чтобы вернуться на поле битвы, он не предвидел для Элис никакой опасности со стороны Хорька. И все же… одну предосторожность Дэйр предпримет.

– Моя особая просьба – чтобы никто не спускался в подземелье, даже если кому-нибудь захочется использовать его прохладные просторные помещения для хранения провизии, которую крестьяне привезут с собой в замок.

Не желая затруднять его заботами о себе, Элис решительно кивнула, пряча беспокойство, когда он быстро поцеловал ее еще раз и оставил одну в комнате, размеры которой, казалось, увеличились вдвое с его уходом. Чувствуя, что она начинает поддаваться подстерегающему ее страху, она решила дать работу рукам и голове. Прежде всего, она нашла свою одежду и набросила ее на себя. Ей вместе с Элинор и Клевой действительно предстояло приложить усилия, чтобы выполнить огромную работу по подготовке замка к ожидаемой осаде.

Стоя так, чтобы на него не падал свет от фонаря, освещавшего лестницу, ведущую в подземелье, Уолтер терпеливо ждал. Когда свет исчез и все погрузилось во мрак, он заговорил:

– Ну вот, вы получили, как полагается, свою еду. И нет сомнения, что добросовестная Клева хорошо позаботилась о вас, несмотря на столпотворение, которое царит повсюду. – Ни один из тех, которых он пришел освободить, не ответил, но он и не ждал ответа.

– Возможно, ваши тюремщики не уведомили вас, что штурм Уайта начался всерьез и все, кто не участвует в сражениях, отступили под ненадежное укрытие замка. Но не беспокойтесь, друзья, я пришел, чтобы спасти вас.

Уолтер находил патологическое удовольствие в том, чтобы называть этих двух обреченных сообщников «друзьями».

– Тэсс, я узнал из удивительно разросшейся и очень эффективной массы сплетен, что ты все-таки попыталась выполнить мой приказ, и за это я тебя освобожу и отправлю в безопасное место, как я обещал за исполнение этого поручения.

На самом деле Уолтер знал очень мало о том, что произошло. Только то, что рассказал какой-то коробейник, проходивший через лес и по ошибке наткнувшийся на тайный лагерь. Его остановил лорд Питер. Бедняга, дрожащий от страха, не знал ничего, кроме самого факта безуспешного нападения на графа Уайта какой-то сумасшедшей служанки.

– Мы уходим сейчас? – резкий голос Роджера, не имевший и намека на радостное ожидание, звучал нетерпеливо, и это покоробило Уолтера. Но вероятно, успокоил он себя, это оттого, что заключенный просто с трудом верит в такое счастье.

– Как только ты выполнишь задание, за которое я тебе заплатил. – Мягкие слова подразумевали вполне приемлемую сделку. – И к тому же ты заработаешь право на безопасное убежище, которое тебе обещали.

Невидимый в темноте, Роджер нахмурился. Значит, эта скользкая жаба и есть тот посредник, который платил золотом за похищение леди Элис. Роджер не был удивлен. А вот Уолтер бы очень удивился, узнай он, что его «другу» прекрасно известно, какое «безопасное убежище» ожидает его. Такое же, которое уже получил Дарвин. Если бы Уолтер обладал способностью видеть в темноте, он был бы так напуган свирепым взглядом и гримасой этого человека, что оставил бы его там, на прежнем месте.