— Нет, я не знала. Они так часто проводятся...

Возмущение, отразившееся было на лице Мод, в одно мгновение скрыла изящная гримаска, виртуозно разученная как раз для таких случаев. Мод захлопала красивыми ресницами.

— Как бы часто ни проводились выборы, от этого они не становятся менее важными, — назидательно проговорила она, давая понять, что только по своей доброте снисходит до подобных объяснений. — Те 98% избирателей, которые обычно воздерживаются от голосования, забывают об этом, но они допускают большую ошибку.

Кейт не знала, что ответить. На ее счастье как раз в это время в дверях появился Грег. Лицо Мод совершенно преобразилось. Придав своему взгляду приличествующую случаю нежность, она впилась глазами в мужа. Тот, не замечая больше ничего вокруг, потянулся к ней, как утка, услышавшая манок, подошел и поцеловал жену. Мод, крепко вцепившись в него, повернулась к Кейт, чтобы представить гостью.

— Это юная ученица твоего брата Тима. Помнишь, он звонил насчет нее?

Грег посмотрел на Кейт отсутствующим взглядом. Девушка готова была побиться об заклад, что депутат явился не с совещания, а просто несколько часов кряду просидел перед экраном, не отрываясь от чемпионата по крикету.

— Ах да! — воскликнул он с некоторым опозданием. — Вы хотели срочно поговорить со мной...

Кейт почувствовала, что Грег не так предубежден против молодежи, как его жена. Но не скрылась от нее и причина такого расположения: теперь ей казалось, что депутат слишком уж сверлит ее глазами.

— Давайте присядем, — предложила Мод и уселась первой, ожидая, что все последуют ее примеру.

Но Кейт осталась стоять.

— Да,— выпалила она. — Мне очень срочно надо с вами поговорить. Это дело политической важности.

— Политической важности? — переспросил депутат, не скрывая, как сильно его это забавляет.

Она ответила, стараясь говорить как можно более серьезным и холодным тоном:

— Да, политической. Точнее говоря, речь идет о борьбе с терроризмом.

Грег быстро переглянулся с женой. Казалось, Мод безмолвно спрашивала, не лучше ли будет поскорее выгнать непрошеную гостью. Но не прочла во взгляде мужа ничего, кроме страха, а потому не сдвинулась с места. Это все было вполне в духе Тима, вечно он подсылал к ним каких-то подозрительных личностей, которые могли навлечь на них серьезные неприятности.

Воспользовавшись замешательством хозяев, Кейт рискнула пойти ва-банк.

— Могу я поговорить с вами с глазу на глаз?

— Что ж... — промямлил Грег, — тогда пройдемте... в мой кабинет...

Мод никогда не позволяла мужу секретничать у нее за спиной, а потому попыталась возразить. Но Грег с выражением, которое означало, что здесь бояться нечего и все равно уже ничего не поделаешь, простонал, обращаясь к жене:

— Ну, раз это дело политической важности...

Депутат пропустил Кейт вперед и провел ее на второй этаж. Большой экран, висевший в кабинете, действительно оказался настроен на спортивный канал. Хотя это было и глупо, Кейт все равно порадовалась про себя, что не ошиблась насчет совещания. Грег выключил телевизор и уселся за свой рабочий стол. Депутат, высокий и грузный мужчина, выглядел представительно, только когда стоял, выпрямившись во весь рост. Но стоило ему сесть, как из него словно выпускали воздух. Его шея расплывалась и покрывалась складками, а сам он больше всего напоминал кучу белья, которое только что сняли с веревки и в беспорядке вывалили на стол.

— Я вас слушаю, — сказал Грег, скрестив пальцы.

— Дело в том, что один мой приятель... — начала Кейт и откашлялась. — Вернее, это мой друг...

Пора было решаться.

— Он пропал без вести, — продолжала девушка, — а теперь его повсюду выставляют главным террористом.

— Как? Тот самый... Байкал?

— Да.

Грег позеленел и выкатил глаза от ужаса. Ни дать ни взять олень, услышавший ружейный выстрел.

— Почему вы пришли именно ко мне? — произнес он дрожащим голосом.

— Потому что я хочу, чтобы вы мне помогли.

— Но почему именно я?

Она могла бы сказать: «Потому что я знаю вашего брата». Но это было бы не совсем верно.

— Потому что я слышала ваши выступления по телевизору, и мне показалось, что вы искренний, честный человек.

В ее словах не было никакого расчета. Но они оказались самыми действенными. Дай она любое другое объяснение, депутат вышвырнул бы ее за дверь. Но упоминание о его политическом имидже, о его публичных высказываниях не позволило ему поддаться первому порыву. Он обратился к своей гостье с тем доброжелательно-заинтересованным выражением, благодаря которому когда-то сумел стать знаменитым Грегом Ла Роша, любимцем прессы и телевидения.

— Раз вы немного интересовались моей политической карьерой, — сказал он, — вам известно, что я совершенно не разбираюсь в вопросах безопасности. Я занимаюсь преимущественно правами человека и гражданскими свободами.

— Вот именно.

Грег чуть не подскочил на месте.

— Я уверена, что Байкала похитили люди из Социальной безопасности, а потом выслали в антизоны.

— Это очень серьезные обвинения.

— У меня есть на то серьезные основания.

— Сообщите об этом в прессу.