Вместо ответа, я откинулся в кресле, наслаждаясь наполненной пряными запахами трав тишиной летнего вечера и видом, который открывался моему взгляду. Эта беседка в точности повторяла ту, что украшала мой парк в резиденции. И это было одно из немногого, что я решил взять в свою новую жизнь из прошлого. Так же, как и каждый из тех, кто последовал за мной, оставив в своей памяти лишь ставшее самым дорогим в том, прежнем для нас мире.

— О своем участии заявили принцы Ролан и Радмир, лорд Гадриэль и… — он сделал короткую, но весьма эффектную паузу, давая мне понять, что только именем темноэльфийского интригана, с которым я когда-то его сравнил, сегодняшние сюрпризы не заканчиваются, — Александр Там» Арин.

Я мысленно улыбнулся, внешне никак не реагируя на попытку моего друга лишить меня спокойствия.

Этот юноша… это для меня он юноша, а по человеческим меркам советник правителя Д'Тар уже вполне мог считаться взрослым. Это если судить по возрасту. А если по содеянному… он смотрелся достойным противником даже мне. Правда, лично я хотел бы видеть его среди своих друзей.

Увы…. несмотря на то, что мне о нем многое было известно, желание познакомиться с ним так и осталось одним из тех, о неисполнении которых оставалось только сожалеть.

Но размышления об этом могли и подождать. Та игра, которую предлагал мне Кадинар, была хоть каким-то развлечением в кажущемся иногда удручающим спокойствии уходящих дней.

— И ради этого ты решил лишить меня объятий моей возлюбленной? — приподняв бровь, скептически уточнил я у Кадирана.

Нисколько не сомневаясь, что самое увлекательно он приберег на конец. И прежде чем я это услышу, он изрядно потреплет мне нервы.

Впрочем, и он, и я знали, что пожелай я узнать все немедленно, возможности возразить мне у него не было бы.

— У темных опять что-то затевается. — Уже несколько серьезнее заметил мой друг и, пытаясь сделать это незаметно, оглянулся назад.

А то я не знал о присутствии неподалеку Сэнара и Альяса! Их щиты, конечно, позволяли им почти слиться с вечерним сумраком, но… как раз этого почти и не хватало, чтобы быть неуловимыми для меня.

— Может, ты их все-таки позовешь, чтобы они слух не напрягали?

Не проявив даже тени эмоций уточнил я, у уже готового и дальше пытаться поразить меня новостями воина. И позволил лишь немного потеплеть взгляду, когда он, залихватски свиснув (научился у мальчишек-конюхов), выполнил мою насмешливую просьбу.

— Теперь я могу продолжить? — Он, так же как и я до этого, задал свой вопрос с ледяной бесстрастностью.

Вот только… волны веселья, которые я ловил сквозь чуть ослабленные ментальные щиты, в очередной раз убеждали меня в том, насколько я был прав, не только оставив ему однажды жизнь, но и приблизив к себе. В нем было настолько много недостающего нам — реалистам, оптимизма, что его с лихвой хватало, чтобы время от времени начинать буквально наслаждаться его присутствием.

И сейчас был именно такой момент.

— Если все остальное не будет столь же предсказуемым. — Тоном, дающим ему понять, что только моя выдержка удерживает меня от того, чтобы не встать и уйти, заметил я.

Уже понимая, что вот сейчас-то и начнется самое интересное. И такой вывод я мог сделать не только потому, что он начал буквально щурится от предвкушения меня удивить, но и потому, как странно забилось мое сердце. Словно ему уже было ведомо то, чего не знал я сам.

— Правительница Лера с мужем неожиданно отправилась на Дариану.

И улыбка… легкая, невесомая и… такая многозначительная.

— Если ты…

Он услышал только мой рык, но не успел заметить моего движения. А я уже стоял рядом с ним и прижимал к его горлу обнаженный кинжал.

Это развлечение пора было прекращать. Не только мы с ним, но и все, кто последовал за мной, уже давно не тешили себя иллюзией того, что судьба покинутого мира нас больше не интересует. И дело было даже не в том, что у меня там остались сын и дочь, а у Сэнара — брат.

Мы так много отдали ему, мы столько ждали, когда задуманное нами начнет обретать реальность, что не заметили, как кроме него у нас больше ничего не осталось.

Со мной же действительность обошлась еще более жестоко, чем с остальными. Я искренне верил, что обретя Тасю, не пожелаю больше ничего, кроме ее нежности и уюта, который мы будем создавать вместе с ней.

Но… как же я заблуждался!

Если бы это прилагалось к тому, чего я сам себя лишил, может оно и могло стать для меня тем немногим, чего не хватало для того, чтобы ощутить себя счастливым. Увы…. но вновь обретенная любовь не смогла полностью заполнить собой образовавшуюся после ухода с Дарианы пропасть.