Вообще-то я и сейчас не совсем одинок. Всего в трех метрах от меня сидит Олег Котов. Весело смеется в коридоре его рыжеволосая сестричка. Есть еще пять человек, знающих о моем существовании (и, по-моему, еще четверо об этом подозревают). Можно беседовать, спорить и ругаться с ними. Но это уже не совсем то. У нас не слишком-то много точек соприкосновения. Меня не волнует плохая погода и толкотня на улицах, а люди, в свою очередь, никогда не смогут понять, чем опасен для меня сбой в системе адресации блоков памяти. Да и разговор с двуногими владыками мира сего, если говорить начистоту, не вызывает у меня особого интереса. Мы ведь живем на совершенно разных скоростях. Как можно спорить и шутить, если между двумя репликами проходит десять миллионов микросекунд (или три часа, если перевести этот срок в соответствие с человеческим восприятием времени)?

Возвращается Елена в сопровождении своей одноклассницы... как ее там? Тьфу... Опять ошибка при обращении к базе данных. Не обращая внимания на протест функции контроля целостности, использую прямой доступ к своим блокам памяти и выковыриваю на свет божий потерянную информацию. Лерка – Валерия. Сейчас они на пару снова будут меня терроризировать своей болтовней.

Проходят минуты, бесконечные, как часы. Мать семейства Котовых удалилась на кухню и гремит там посудой. Олег продолжает сосредоточенно изучать учебник. Девичья команда азартно режется в простенькую компьютерную игру. Вдвоем против меня. Конечно же они побеждают, но это дается им непросто. Они пихают друг дружку локтями, ожесточенно барабанят по клавишам и громко визжат. Им весело. А вот я скучаю.

Плохо мне. Одиноко. Хочется выйти на улицу, пройтись по магазинам, потолкаться в метро. Ну, на худой конец постоять на балконе, глядя на грязный снег московских улиц.

Функция контроля целостности молчит. Дура она. Разве не замечает, что больно мне? Разве она не видит, что душа болит у компьютерной программы? Или, может быть, она мне молча сочувствует?

И снова звонок в дверь.

– Ленка, открой, – бурчит Олег, не отрывая глаз от учебника.

Рыженькая неохотно встает со стула и бежит открывать. Я жду, лениво отражая попытки ее подружки уделать меня в одиночку.

Кто там еще объявился?

Скучно...

Из коридора доносится приглушенный мужской голос. Не могу разобрать слова, да, собственно, особо и не стараюсь. Потом слышится удивленный голосок Елены.

– Ма-ам! Иди сюда!

Плохо, что я не могу подойти. Вышел бы из комнаты, познакомился с интересными людьми, пожал руки... Ух ты! Кто-то уже и так бежит ко мне... И хорошо бы, чтобы он хотел всего лишь познакомиться.

Осознаю намерения вторгшегося в комнату незнакомого мне пожилого человека в простой кожаной куртке в тот же миг, когда он появляется в поле зрения установленной на столе видеокамеры. Осознаю и ничего не могу с этим сделать. Могу только разглядывать его усы и небольшую окладистую бородку, холодный взгляд из-под нахмуренных бровей и позолоченную оправу очков.

Человек бегом влетает в комнату, широкими шагами направляясь ко мне.

Будто бы сам по себе включается турборежим. Нагрузка на процессор – сто восемьдесят два процента. Десять секунд в таком режиме и – пуфф-ф – из недр системного блока появится клубочек дыма. Но мне сейчас наплевать.

Это за мной. Я понимаю, что это пришли за мной.

Почувствовавшие мой страх защитные программы приходят в состояние боевой готовности и начинают резво обшаривать все вокруг в поисках агрессора. Бесполезно, ребята, это вам не жалкий компьютерный вирус. С такой угрозой вы ничего поделать не можете. И я не могу.

Уже понимая, что обречен, обращаю внимание на крепко закупоренную дыру, ведущую в безграничные и необычайно опасные просторы Интернета. На всякий случай сдергиваю защиту. Теперь проход открыт. Нырнуть туда и... И часа через четыре я смогу выползти из этого компьютера почти наполовину. Все-таки перекачать в сеть без малого четыре сотни гигабайт – это не три бита инвертировать. Не успею. А если эти типы без разговоров решат забрать меня и отключат питание... Тогда меня как бритвой рассечет на две половинки. Но, может быть, так оно и лучше будет? Хоть живым не попадусь им в лапы.

Нет. Я не могу. Не могу... Не могу я!.. Жить хочу. Хочу жить! Пусть даже в таком забитом, наполовину нерабочем состоянии... Я хочу жить. Не хочу превратиться в никому не нужную электронную пыль.

Смотрю прямо в глаза склонившемуся над столом мужику. Вижу, как медленно-медленно поднимает голову Олег, и на его лице явственно проступает бесконечное удивление. Вижу, как непонимающе моргает Валерия, безжалостно оттесненная в сторону от компьютера. Вижу стоящую у дверей в комнату Котову мать, которой еще один незваный пришелец показывает какой-то весьма внушительный документ в красной обложке.

Вижу руку пожилого бородача, невероятно медленно тянущуюся к выключателю. Все вижу, но ничего не могу поделать. И от этого становится только хуже.

Наверное, этот мужик думает, что действует невероятно быстро. Возможно, так оно и есть. Ведь ни Олег Котов, ни Рыженькая, ни Лерка ничего так и не успели понять. Ведь прошло всего две с половиной секунды с тех пор, как этот тип ворвался в комнату.

Две с половиной секунды. Целая вечность для меня.

По моим расчетам, у меня есть секунда или даже две.