Кучерена:

– А вот этого не надо! Если мы начнем разбираться, кто чей провокатор, окажется, что все мы чьи-то креатуры. Мы можем создавать только видимость того, что заказали наши хозяева. Культура, борьба, и все остальное – это инструменты власти. Все мы под властью ходим, и идея иерархии – главная. Если хотите – возражайте, только помните, что в моей власти вас током ударить!

ВИДЕОМОСТ «кабанчиков»: Вексельберг, Евтушенков, Дерипаска, Тарико, Вайншток, Керимов.

Тарико:

– Что это за название для нас: видеомост «кабанчиков»? Либо название ошибочно, либо я тут с вами по ошибке! Кабанчиком называют бизнесмена, которого подкармливают власти, чтобы потом экспроприировать его жирок. А я у власти не брал ресурсы!

Тарико получает удар от Вексельберга, который ему говорит:

– А кто советские водочные бренды просил у питерских? Раз обратился к ним, значит признал их власть над собой. Если уж кто-то здесь по ошибке, так это я. Я не только не просил ничего ни у какой-либо группы, я более того, сам государству дарил яйца Фаберже! То есть я благодетель государства, а не кабанчик!

Дерипаска ударил его током и наезжает:

– Так ты нас за кого тут считаешь? Думаешь, ты лучше всех? Если на то пошло, ты больше похож на кабанчика, чем я! У меня такие связи за рубежом, что ни одна власть не отнимет то, чем я владею.

Вайншток бьет его осторожно током и возражает:

– Никто из нас по большому счету не владеет тем, чем управляет, потому что в этой стране в любой момент могут у тебя все конфисковать. Какое же это владение? Давайте все же перестанем тут выяснять отношения между собой, и обратимся к вопросу, по котором мы собрались. А вопрос не в том, кто из нас лучше, а в том, какая идея лучше. Я считаю, что идея государственной собственности, замаскированной под частную – это самая гениальная идея последних веков!

Евтушенков бьет его током и говорит:

– Никогда с этим не соглашусь! Ладно бы этот оброк шел на общенародные нужды. Но когда наши отчисления попадают сразу на Запад, это дважды для нашего бизнеса плохо, потому что народ беднее и не может пользоваться нашими услугами так, как нам хотелось бы! Сулейман, не трожь кнопку!

Но Керимов уже нажал на электрическу кнопку. Потом начал оправдываться:

– Я скажу за свой бизнес. Меня все устраивает. Я считаю, что надо платить за то, чтобы все оставалось, как есть.

Керимов получает удар от Тарико, который заявляет:

– Нет, с такими в упряжке далеко не уедешь. Зачем вы живете, в вечном страхе? Лично я свои деньги вкладываю в искусство. Красоту никто не отнимет! Это моя идея!

Евтушенков:

– Но твоя идея ничем не подкреплена, ты профукал свой ресурс, как профукаешь свои капиталы на западное искусство. Отдать 50 миллионов за 1 картину Моне – невелика заслуга. А ты поработай на свою страну, вот тогда я скажу «Молодец»!

ВИДЕОМОСТ «повязанных»: Быков, Иваньков, Усманов, Бойко, Френкель, Прохоров.

Иваньков:

– Ну, что, братцы, признавайтесь, ведь вы не могли подумать, что меня не только выпустят из тюрьмы, но и что вы от меня будете зависеть?

Быков бьет его током и заявляет:

– Остынь, папаша, твое место явно не во главе этой сходки. Тебя за дело посадили, а меня подставили. И теперь я покажу вам, чего я стою! А-а, суки!

Он получает удар током. Бойко говорит:

– С такой идеей его место рядом с Япончиком. Они отработанный балласт. Моя идея – страна должна принадлежать новым русским. У нас есть новые идеи ...

Япончик бьет его током и кричит:

– Да вы что творите, падлы! Я за вас зону топтал, а вы меня за человека не считаете?

Япончик получает удар от Прохорова, который говорит:

– Что за устаревшие понятия и манеры? Если уж меня в эту группу отрядили, так хотя бы какие-то границы приличий попрошу при мне соблюдать! Да, мы не Запад, у нас свои понятия. И я считаю, что наша главная идея – это дать миру новые понятия: не зэковские, но и не чистоплюйские, как у этих снобов-европейцев.

Прохоров получает удар от Усманова, заявляющего:

– Этот неверный извращенец еще будет нас учить? Человек без приличий – это не человек. Я готов скупать газеты, чтобы это доказывать развращенному миру. Настанет день, и моя вера востроржествует. Ислам – самая чистая и справедливая вера. Она придет на смену всем этим понятиям, которые тут пытаются мне навязать. И не смотри на меня так, будто я неправ! Это моя идея, и я буду нести свет ислама ...

Усманов получает удар током и захлебывается. Френкель печально говорит: