— А в газетах что-нибудь есть? — Росс положил шлемофон на стол.

— Смеешься? — просипел Манкузо.— Такие, как он, все делают тайно. Никто не знал, что он жил, никто не знает, что он умер.

В этот момент дверь комнаты отворилась. На пороге стояла Джин, блондинка из машбюро, в руках — большой коричневый конверт.

— Привет, красотка! — обратился к ней Манкузо.— Как у тебя ребрышки, еще видны?

— Хочешь узнать — плати! — фыркнула Джин.

— Я бы с радостью.

Бросив конверт ему на колени, она удалилась, хлопнув дверью.

Манкузо снял ноги со стола, пошарил под газетами и извлек оттуда карандаш, с помощью которого вскрыл конверт.

— Сиськи у этой крали что надо…

Манкузо выложил на стол содержимое конверта — два официальных бланка Центрального разведывательного управления, запечатанных красным штампом: "Только Для Служебного Пользования".

— Похоже, твой дружок Уилсон расстарался,— заметил Росс.

— Н-да. Братская взаимопомощь двух компаний. Прямо душа радуется.— Манкузо сломал печать на сложенном бланке: оттуда выпало черно-белое фото Рольфа Петерсена.

— Ну и морда у этой суки! — Он протянул фотографию Россу.

— Вон мы какие! — воскликнул тот, прислоняя ее к видеокассетнику. Манкузо тем временем изучал другие бумаги из конверта.

Росс же вскоре убедился: у Рольфа вовсе не морда, а лицо. Длинный орлиный нос. Прямые светлые волосы, длинные, идеальной формы ресницы. Но самым поразительным на фото были все-таки глаза: по-утреннему светлые и льдисто-холодные.

Росс не отрываясь смотрел на фотографию, чтобы Она — так его учили — могла полностью запечатлеться в его памяти. Впрочем, он уже понимал, что запомнит это лицо навсегда.

Манкузо между тем читал сопроводиловку:

— Родился в Гэмптоне, Виргиния, 16 марта 1946-го. Август 1965-го: зачислен в корпус морской пехоты. Январь 67-го: завербован ЦРУ. Ну и времечко досталось этому сукину сыну — Сальвадор, Чили, Парагвай…

Не отрывая завороженного взгляда от загадочно-неподвижного лица, Росс спросил:

— Что, интересно, он там делал?

— Проходил подготовку, конечно.

— Подготовку?

— Госбезопасность. Проведение допросов.

— Допросов?

— Пыток.

Манкузо пошелестел страничками.

— А потом взял и отвалил.— Он сложил бумаги и сунул в конверт.— Перешел на свободную жизнь.

— Значит, кто-то давал ему заказы?

— Про это здесь ничего нет.— Взломав печать на другом конверте, Манкузо стал просматривать новые материалы.— Вот дерьмо собачье! — не сдержавшись, воскликнул он.

— Что такое?

— Ты только послушай.— Манкузо начал читать, водя пальцем по строчкам: "Стрелковое оружие. Стрельба из пистолета: специалист экстракласса. Третий в своем класее по владению винтовкой и карабином".

— Может, класс был маленький? — Росс, впрочем, уже понимал, с кем им придется иметь дело, и эта перспектива его не радовала.

— "Легкие и тяжелые пулеметы, минометы",— продолжал Манкузо,— "Т-О-У". А это что такое?

— Тип ракет.

— "Специалист по взрывам. Водолаз. Владеет каратэ, таичи". Что еще за дерьмо?

— Китайское каратэ.

— "Изучал действие ядов". Ядов, мать его!…

— Господи Иисусе, Джо! Я думал, такие бывают только в кино.

— Слушай дальше! "Окончил спецкурсы по проведению допросов — высший балл".

— Пыток, значит.

— Ну сука! — Манкузо отшвырнул недочитанный лист.

— А каково нам будет ловить этого типа?

Манкузо поглядел на Росса так, словно не верил своим ушам.

— Ты что, смеешься? Я тебе тут про него читаю, читаю, а ты все еще собираешься его ловить?

— Собираюсь, черт подери!

— Знаешь, кто ты после этого? Идиот трахнутый! — Манкузо встал со стула и подошел к автомату с холодной водой.— Круглый идиот, едрит-твою мать! — Он наполнил водой бумажный стаканчик.— Еще когда только они дали мне тебя в напарники, я уже знал, с каким дерьмом я должен буду работать. Жиденок с дипломом Йельского университета! Пришел и воображает, что он, видите ли, мир спасет. Да иди ты в задницу!

— Сам туда иди! — огрызнулся Росс.

— Нет, подумать только, какие у него благие порывы! Но почему-то тебя засунули ко мне — в архивы, в статистику! Ты что, и после этого не понял, что они думают в конторе обо мне, да и о тебе тоже? — Манкузо швырнул стаканчик с недопитой водой в корзинку для бумаг.— Это ж какое говно надо иметь вместо мозгов, чтобы не докумекать: раз они бросили нас — нас с тобой! — на такое дело, то, значит, хотят, чтобы мы ничего не нашли. И чтоб политиканы могли по-прежнему играть в свои сучьи игры.