— Постойте, постойте,— снова вмешался Уикерт,— вы что же, хотите сказать, Бейкер не собирается предлагать Истмену подать в отставку?

— Я не знаю,— сказал О'Доннелл.— Примите мою благодарность, Билл. Сок на редкость свежий.

— Ответьте прямо на вопрос, черт возьми!

Де-Франс вздохнул.

— Билл, вы грубите,— заметил он устало.

— Я хочу услышать ответ,— невозмутимо настаивал Уикерт.— Наша партия хочет услышать ответ.

О'Доннелл окинул взглядом всех сидящих за столом. Пускай Уикерт вел себя неучтиво, но вопрос он задал нормальный.

— Прошу прощения,— сказал О'Доннелл,— но на сегодняшнее утро у меня нет для вас ответа.

— Почему, черт побери?

— Потому что я не знаю его, Билл.

— Дерьмо! — взорвался Уикерт.— Администрация сошла с ума, что ли?

Вмешался Де-Франс:

— Спокойней, Билл.

— Христа ради,— не выдержал Уикерт,— за этим столом я что, единственный, кто понимает, что Истмен предъявил обвинение в убийстве президенту Соединенных Штатов?

На миг воцарилась тишина. Затем раздался стук в дверь: официанты внесли завтрак.

Когда они вышли, Браун спросил, откашлявшись:

— Разве есть очевидные доказательства обвинения, что полковник Мартинес был заражен?

— Насколько мне известно, нет,— ответил О'Доннелл.

— А кто-нибудь предлагал произвести эксгумацию и проверить наличие вируса?

— Это невозможно,— сказал О'Доннелл.— Полковника Мартинеса кремировали. Самолет контрас уже развеял его прах над Никарагуа. Джо, передай мне, пожалуйста, масло.

Кое-кто уже принялся за еду.

— Ну, а что показало вскрытие? — спросил Уикерт.— Кто-нибудь видел копию заключения?

— Да, было бы неплохо ее увидеть.

— Господа, мне кажется, мы упускаем главное,— заговорил Шворц. Зря он никогда не говорил, это всем было известно.— Заразили полковника Мартинеса или не заразили? Конечно, это играет какую-то роль в нашей дискуссии, однако не главную.

Большинство за столом продолжало завтракать. Только О'Доннелл перестал есть. Он внимательно слушал и наблюдал.

— Суть в том, что Сэм Бейкер сам по себе не может быть снова избран,— сказал Шворц.— Без Терри Фэллона в списке кандидатов он на выборах не победит.

Сидевший в дальнем конце стола Билл Уикерт вскинул голову. Наконец-то он обрел союзника. И внушительного.

— Наивно думать, что Истмен легко перешагнет через свое публичное унижение. Его отставка еще под вопросом,— продолжал Шворц.— Но он все равно должен уйти, а Сэм Бейкер должен вставить в список Фэллона.

— Слышишь, Чарли? Или пусть сам уходит! — заявил Уикерт.

Чарли О'Доннелл окинул быстрым взглядом всех сидящих за столом по обе его стороны. Уикерт верно сказал. Если он не сможет обеспечить кандидатский список Бейкер — Фэллон, его особая роль в деятельности партийной верхушки сведется к нулю. Тогда спикером ему уже не быть. И останутся на выбор два выхода: либо вернуться рядовым в палату представителей, либо уйти в отставку.

— Хорошо, я прозондирую почву,— сказал О'Доннелл.

Слова его повисли в воздухе. Кто уставился в стол, кто позвякивал серебряными приборами. Самые отважные поглядели ему прямо в глаза.

— Идет, Чарли,— сказал Уикерт.— Если тебя это устраивает…— Он сел прямо.— Значит, решено: спикер посоветует президенту либо принять кандидатуру Терри Фэллона в вице-президенты, либо… либо не выставлять себя на переизбрание.

Хью Браун сказал:

— Я — за!

Головы присутствующих повернулись к нему.

— В это я верю. За это готов голосовать,— ответил им Браун.

Уикерт спросил:

— А ты, Роланд?

Де-Франс опустил на стол свою чашку с кофе.

— Прошу меня извинить, но, по моему разумению, так поступать преждевременно.

Джонсон согласился:

— Я тоже так думаю.

— Итак, дебаты за столом продолжаются,— заметил Уикерт.— Так что же, Роланд, да или нет?

Де-Франс облизал губы.

— Да,— сказал он.

— Гидеон?

Но Лонгворт не успел ответить, так как конгрессмен Джонсон бросил свою салфетку на стол, отставил стул и поднялся:

— Господа, такое решение я считаю неэтичным. Поэтому я говорю НЕТ. И… всего хорошего.— Он кивнул О'Доннеллу, направился к двери и вышел.