Но Росс уже переменил тему беседы.

— Он ведь не баллотировался в сенат?

— Не баллотировался. Его назначили. И что?

— А почему именно его?

— Ну, Везерби попал в тюрьму. Нужен был кто-то на его место…

— Это я знаю. Но почему все-таки этим кем-то стал Терри Фэллон?

— Терри уже был в конгрессе. Он подходил по всем статьям. И они…— Салли пожала плечами.

— Но были же и другие кандидаты? У кого стаж пребывания в палате был дольше. Почему выбор пал на Терри?

— Ну, он был…

— А почему Везерби проходил через ABSCAM?

Салли принялась хохотать: казалось, она вот-вот потеряет равновесие и упадет с кровати.

— Да это же мошенник! И вдобавок ура-патриот, каких мало…

— Но ведь они-то всего этого не знали, пока он не попал к ним в сети! Сенаторов сто, а отлавливали почему-то его одного?

— Не знаю, почему они выбрали именно Калеба. Но меня лично это вполне устраивало…— Салли уже с трудом выговаривала слова: ее удивляло, как быстро шотландское виски ударило ей в голову. До чего все же приятно и беззаботно было ей с этим человеком.

— Салли,— продолжал он настойчиво,— вы и на самом деле не знаете, почему остановились на Везерби? Посмотрите мне в глаза. Ну!…

Она сделала, как просил Росс. Затем, заморгав и неуклюже разведя руками, с улыбкой взмолилась:

— Сдаюсь! Не знаю. Говорите же!

— Это Фэллон заложил Везерби! — жестко произнес он.

Салли по-прежнему продолжала моргать, сидя на кровати, как будто словам требовалось время, чтобы до нее дошел их истинный смысл. Потом глаза ее сузились: похоже, она начинала понимать услышанное. Голосом, едва слышным, Салли выдохнула:

— Что?

— Фэллон был у О'Брайена и донес, что Везерби берет взятки от нефтедобытчиков, не имеющих лицензий. Тогда ФБР поставило ловушку — и он влип.

Салли покрутила головой.

— Нет, это неправда.— Она пожала плечами.

Росс задрал свитер и вытащил из-под резинки тренировочных брюк бумаги, которые он там держал. Это были документы, присланные Манкузо.

— Вот тут памятка из личного досье О'Брайена, где подтверждается факт посещения. А это страничка из его дневника. Тут то же имя — обведено кружком, видите?

Салли прищурилась, пытаясь увидеть его через алкогольный туман.

— А зачем О'Брайену все это записывать?

— Как возможный повод. Визит Фэллона дал нам такой повод. А памятка понадобилась О'Брайену на тот случай, если бы ловушку раскрыли и ему пришлось за нее отвечать.— Росс потянулся за бумагами.— Виноват, но они мне нужны.

Когда Салли передавала ему документы, ее рука заметно дрожала. И голос тоже.

— Но если Терри даже так и поступил, то он все-таки… не был неправ.

— Салли, давайте посмотрим на это дело вместе.— Росс присел на край кровати, и Салли тут же отодвинулась поближе к изголовью, чтобы освободить ему побольше места.— Мне известно, что до Фэллона вы работали на Везерби…

В комнате повисло долгое зловещее молчание. Большими испуганными, как у девочки, глазами Салли смотрела на Росса.

— Простите меня,— тихо произнес он,— мне правда нужно знать, использовал ли Фэллон как-то свою… свою связь с вами?

Она повернула лицо к свету, закрыла глаза и еле слышно прошептала:

— Нет… Господи… нет.

Росс наклонился к ней, чтобы как-то ее успокоить, но Салли резко отодвинулась, сжавшись в комок.

— Послушайте, у меня нехорошее предчувствие. Должно произойти что-то ужасное. И я… я не хочу, чтобы в результате пострадали вы.

Вид у Салли был жалкий и беспомощный. Росс попытался погладить ее.

— Пожалуйста,— попросила она,— не надо этого.

Он тут же отдернул руку.

— Да я только хотел…

— О, пожалуйста. Оставьте меня одну.

Росс сложил бумаги, надел кроссовки и бесшумно удалился.

Салли еще долго лежала без движения, в той же самой позе. Вот, значит, он какой. Обманщик. Все они обманщики. А она — просто чувствительная дура. Решила, что ему от нее ничего не надо.

21.00.

Приземлившись в международном аэропорту Балтимора, Манкузо сразу же направился к стойке компании "Херт" [120] , оформил напрокат машину и доехал до "Холидэй Инн" по Второй автостраде. Мотель был выдержан в старомодном духе: два ряда небольших, выкрашенных снаружи зеленой краской и соединенных между собою одноместных номеров. С обеих сторон — автостоянки. Манкузо припарковался, взял свой саквояж и зашел в гостиницу. У стойки его встретила невысокая рыжеволосая администраторша.