{132 ...внесли пирог из молока, лепешек и меда... — Подобный пирог, , в котором слои теста перемежаются слоями мягкого сыра с медом, в Риме обычно назывался тем же слегка латинизированным словом placenta; архаический рецепт его III в. до н.э. сохранился в трактате Катона Старшего «О земледелии» (76), а рецепт римского жертвенного пирога libum по Катону (75) меда не содержит вовсе — это простая лепешка из сыра, муки и яйца. Правда, четыре века спустя незамысловатая жертвенная лепешка вполне могла видоизмениться в роскошное сладкое лакомство.}

{133 ...твоих соотечественников Санхуниатона и Моха... — Ульпиан, родом из финикийского Тира, не единственный выходец оттуда, известный в эллинистическом мире. Полулегендарный финикиец Санхуниатон, как считалось в античности, жил до Троянской войны и от верховных финикийских жрецов приобрел эзотерические познания о мире, которые и воплотил затем в своем труде о космогонии (сотворение богов и животных, человеческие жертвоприношения и пр.). Предполагалось, что этот трактат был переведен на греческий Филоном из финикийского Библоса в I в. н.э., отрывки этого перевода сохранились в трудах Евсевия Кесарийского. Мох имеет так же мало отношения к истории, как и Санхуниатон, — судя по всему, Мох описывал финикийские представления о мире, от которых в упоминающих его греческих авторах сохранилось в основном то, что мир родился, когда мировое яйцо разбилось и распалось на две половинки: небо и землю.}

"Хватит с меня, клещ [Ил.ХХI.394], - отвечал Ульпиан, - и медовой лепешки! Впрочем, с удовольствием поел бы я и запеканки с моллюсками или с орешками пинии". Когда ее принесли, он сказал: "Подайте мне "мистилу" , не стану же я называть ложку {134} словом "мистрон" , ибо до нашего времени так не говорил никто".

{134 ...не стану же я называть ложку... — Мистила и мистрон сначала представляли собой ломти хлеба, используемые для зачерпывания и поедания соусных и полужидких блюд (ср. дальше у Никандра в переложении Эмилиана: «...ешь ее полыми мистрами»), но к IV в. до н.э. появились металлические ложки, которые унаследовали от этих ломтей как название, так и функцию.}

"Ты удивительно забывчив, - возразил ему Эмилиан, - не ты ли [b] всё время превозносишь эпического поэта Никандра Колофонского за его ученость и любовь к старине? Не ты ли цитировал нам его стихи о перце? А ведь он, описывая в первой из двух книг "Георгик" приготовление запеканки , воспользовался словом "мистрон" [ср. 129с]:

Если варить каплуна или свежеубитого станешь

Мясо козленка, ягненка, - крупу пшеничную высыпь

[с] В полый сосуд, разотри, смешай ее с маслом душистым.

А как бульон закипит, залей ...........

............... и, прикрыв его крышкой,

После оставь упревать: ведь сильно мука разбухает.

В полые мистры его подавай, когда кушанье станет

Теплым.

В этих стихах, - удивительно, что ты забыл их!
– Никандр описывает приготовление пшеничной или ячменной запеканки и велит вливать в нее бульон, сваренный на мясе ягненка, козленка или каплуна. Он пишет, что пшеничную крупу надо истолочь в ступке, смешав с оливковым маслом, и [d] влить в нее мясной бульон, когда он только начнет закипать. Когда после этого варево загустеет, надо размешать его разливным черпаком, не добавляя более ничего другого, а только снимая ложкой всплывающую жирную накипь. Вот почему он говорит: "Оставь ее упреть, накрыв крышкой": ведь мука грубого помола сильно разбухает. И наконец, когда она остынет до приятной тепловатости, ешь ее полыми мистронами. [e] Более того, и македонец Гипполох, описывая в письме к Линкею македонский пир небывалой роскоши, упоминает и о том, что всем приглашенным были розданы золотые ложки . Если же, дорогуша, ты предпочитаешь быть древнелюбом и не хочешь знать ни одного слова, которое не встречалось бы у аттических авторов, то скажи-ка мне, о чем говорится в пьесе "Брюхотруженики" автора Древней комедии Никофонта. По-моему, он упоминает здесь именно о ложках [Kock.I.779]:

Торговцам рыбешкой, торговцам углями,

Сушеными фигами и кожухами,

[f] Торговцам мукою и пирогами,

Решетами, ложками и семенами,

И книготорговцам.

Кем еще могут быть эти , как не торговцами ложками? Итак, мой аттичнейший из сирийцев, научись на этих примерах пользоваться ложкой и от души поешь этой каши, чтобы ты не мог говорить "убог ведь я и немощен". {135}

{135 ...«убог ведь я и немощен». — Стих неизвестного автора.}

101. Мне даже странно, почему ты не вопросил: "Откуда эта (127) запеканка? Из Мегар или Фессалии, отечества нашего Миртила?".

Ульпиан на это: "Я не притронусь к еде до тех пор, пока ты не разъяснишь мне, у каких авторов встречаются упоминания об этих запеканках!"

Эмилиан ему: "Не могу отказать тебе. Однако, видя, какой пышный пир здесь готовится, я хочу, чтобы ты поел каши и, распушив перья как петух, рассказал бы нам о кушаньях , которые нас ожидают".

[b] Но Ульпиан возмущенно воскликнул: "Какие еще "кушанья"? Неужели нельзя хоть немного передохнуть от вечных вопросов к этим натасканным недоумкам?"

"Ну хорошо, - отвечал Эмилиан, - я расскажу тебе и об этих запеканках. И начну со стихов из "Антеи" Антифана [Kock.II. 24]:

– А что в корзинках у тебя, любезнейший?

– В трех - запеканка славная мегарская.

– Но правду ль говорят, что фессалийская

Всех лучше?

– Несомненно, финикийскую...

... муки тончайшей и просеянной .

[c] Эта же комедия с очень малыми разночтениями приписывается и Алексиду. Тот же Алексид пишет в "Блуднице" [Kock.II.368]: