Панки и Влад, тоже вкусившие прелестей гашиша, с весёлым хохотом падали друг на друга, цепляясь за борта кузова. Их тела и души неслись сквозь пространство и время. Они были счастливы.

Полное имя Драчинского было Владлен. Так его назвали по настоянию бабушки, убеждённой коммунистки, участвовавшей во взятии Зимнего дворца. Влад ненавидел это порождённое революцией имя, составленное из первых слогов имени и фамилии вечно живого вождя пролетариата. Идеи коммунизма с детства вызывали у Влада тошноту. Драчинский слушал "Битлз" и "Роулинг стоунз" и читал эзотерическую литературу. Он считал, что дух человека должен быть свободным от любых условностей – моральных или социальных.

Ещё он был поэтом и чрезвычайно этим гордился. К общественно полезному труду Драчинский относился с таким же глубоким отвращением, как и к коммунизму. Влад жалел о том, что он родился слишком поздно и не в той стране. Он хотел бы жить в шестидесятые годы в какойнибудь колонии хиппи, среди родственных ему душ, способных оценить глубину его духовности и его выдающийся поэтический талант.

Впрочем, после появления на телеэкране Влада Сташевского, томно напевающего:

"Позови меня в ночи – приду,

А прогонишь прочь – с ума сойду…" , Влад примирился со своим именем. Для юных девушек послеперестроечной эпохи оно стало символом мужественности и романтичности.

Драчинский читал свои стихи сексуально раскрепощённым студенточкам, на которых строки вроде:

"О, страна моя,

Каменистопесчаная Африка!

Медный твой пряник сосу,

Как налитые женские груди…" производили неизгладимое впечатление.

Задумываясь о том, откуда в Африке берутся медные пряники, можно ли их жевать, или они такие твёрдые, что их приходится только сосать, как налитые женские груди, девицы впадали в некое подобие транса и становились лёгкой добычей любвеобильного поэта.

Восхищавшийся поэтическим даром Волошина Влад на всю жизнь запомнил его знаменитую фразу, что в мире есть только два места, где можно жить – это Париж и Коктебель.

В Коктебеле Драчинский бывал неоднократно на деньги, которые выделяли ему родители и бабушкакоммунистка, но на билет до Парижа их скудных доходов уж точно бы не хватило.

И тогда Влад решил стать хичхайкером[2].

Это решение он принял после того, как прочитал книгу Эразма Васькина "Задарма по Европе и Америке". Эразм Васькин был знаменитым хичхайкером. Он действительно ухитрился проехать более двадцати тысяч километров по Европе и Америке, не потратив на это удовольствие ни цента. Более того, по Европе Васькин путешествовал даже без визы. На польскогерманской границе Эразм попросился в машину к одному немцу, и, воспользовавшись безответственностью польских и немецких пограничников, даже не потрудившихся проверить у пассажира документы, оказался в Объединённой Европе.

В книге "Задарма по Европе и Америке" Васькин детально объяснил начинающим хичхайкерам, как нужно себя вести, чтобы зажравшиеся скучающие иностранцы жалели их и обеспечивали пищей и иногда даже кровом. Эразм описал, в каких местах и на каких дорогах имеет смысл голосовать, а на каких нет, и дал множество других полезных советов.

Влад выяснил, что в Соединённых Штатах одиноких мужчин, голосующих на дорогах, обычно подбирают или сексуально озабоченные дамы бальзаковского возраста и старше, или гомосексуалисты, причём в процентном соотношении гомосексуалисты значительно преобладали.

К гомосексуалистам Драчинский относился достаточно настороженно, хотя он и считал себя человеком без предрассудков. Впрочем, ехать в Америку он и не собирался. Влада ожидал город его мечты – Париж.

Не желая, подобно Эразму Васькину, к тому времени без вести пропавшему в ИндоКитае, пересекать границу без соответствующих документов, Драчинский получил загранпаспорт и через турфирму оформил Шенгенскую визу в Германию сроком на один месяц. Затем он засунул в рюкзак спальный мешок, пару запасных носков и трусов, блокнот и ручку для написания стихов, бутерброд с сыром, луковицу и бутылку "Фанты". Выехав на автобусе за пределы московской кольцевой дороги, Влад сбросил рюкзак на обочину Белорусского шоссе и, согласно совету Эразма Васькина, принялся голосовать скромно, без излишней агрессивности, но в то же время с достоинством хорошо воспитанного человека.

Под Витри ле Франсуа заросшего щетиной и подванивающего псиной Влада подобрал разрисованный карикатурными женскими грудями и задницами грузовичок с панками, направляющимися в Париж на международный фестиваль Альтернативных Движений.

Готовясь к путешествию по Европе Драчинский серьёзно занялся изучением иностранных языков, и, удобно разместившись в кузове, он тут же принялся оживлённо болтать со своими спутниками. Узнав, что Влад добрался во Францию на попутках аж из самой России, панки восхищённо заохали, кивая расцвеченными всеми цветами радуги причёсками.